Вонючий мешок дерьма!
Пожалуйста, не выражайся так.
А ты, пожалуйста, не спи с секретаршей!
Ладно, пошли. Едем.
Нет, я не готова. Я должна ему башку оторвать! Нахрен!
Нет! Не сейчас! Нам с тобой ещё ехать.
Дэниэл, сэкономь нам время, оторви голову себе сам.
Да пошёл ты, Марти.
Прошу тебя не хамить.
Спасибо.
О, извини.
Прости меня.
Ты не должна извиняться.
Давно надо было это сделать.
Какая же я дура.
Ты вовсе не дура.
Ты неудачница, как все остальные.
Да?
Ну что, ребята, вы готовы к приключениям?
Погнали.
А кто-нибудь хочет послушать радио?
А я хочу.
Кстати, вы знаете, что у меня самый лучший певческий голос в мире?
Слушайте.
О нет, дядя Марти.
- Пожалуйста, нет! - Не надо, нет!
- Нет. - Дядя Марти, не надо.
Между прочим, голосовали собаки.
- Нет, Марти. - Собаки?
Собаки не голосуют!
- Мои уши! - Хочешь, спою выше? Я могу и выше.
- Пожалуйста, перестань петь. - Нет, нет! Ниже!
Так, поддержите меня на высоких нотах.
- Нэнси, давай споём. - Не смей.
Ну ладно.
У нас тут настоящая Линда Ронстадт.
- А неплохо. - Теперь я. Я могу ещё выше!
О, то есть ты бросаешь нам вызов! Ладно, ну давай. Попробуй, певица.
- И правда высоко. - Это очень высоко.
У нас тут новая версия известной поющей семьи фон Трапп.
Не хватает монашки и нацистов.
Поехали в Альпы!
Прямо в Альпы!
- Хорошая мысль? - Да.
- Да? - Да.
- Прекрасно. Прекрасно спели, друзья. - Да.
Чудесно. Чуть хуже, чем я. Чуть-чуть хуже, чем я.
Кажется, эта дорога ведет в Альпы.
БРУКЛИН
ПСИХИАТР ПО СОСЕДСТВУ
СЕРИАЛ ОСНОВАН НА ПОДКАСТЕ УАНДЕРИ И БЛУМБЕРГ
У вас одно старое сообщение.
Привет, Марти. Это Айк.
Я понимаю, у тебя сложности с AFC.
Хотел убедиться, что ты хочешь продолжать нашу терапию,
и придёшь на сеанс в 11:15.
У вас одно старое сообщение.
Привет, Марти. Это Айк.
Я понимаю, у тебя сложности с AFC.
Хотел убедиться, что ты хочешь продолжать нашу терапию,
и придёшь на сеанс в 11:15.
ДОКТОР АЙК
Эй, Брюс! Есть планы на ланч?
Хочешь пойти на ланч? Пойти поесть хочешь?
Я тут нашёл недалеко одно место, хочешь – пошли со мной?
- Сейчас? Или... - Да. Если хочешь.
Угощаю.
Уличная пуэрториканская кухня, да?
Весьма неплохая. Местные очень хвалят.
Надеюсь, здоровье у тебя крепкое, Брюс.
Привет, привет. Добро пожаловать!
О, спасибо, что вы есть.
- Я возьму триплетас. - Триплетас.
Но я хочу кое-что изменить, хорошо?
Вместо говядины положите мне индейку.
Без перца, без томатов, без сыра, без лука.
Один листик латука,
и одну капельку, совсем чуть-чуть майонеза на обычном хлебе.
Угу. Так, то есть вам сэндвич с индейкой.
Да.
- Сэндвич с индейкой. - Спасибо. Да
Брюс, тебе что?
Мне...
Супа.
Да хорош, Брюс. Не стесняйся! Будь решительней.
Ну да. Я хочу супа.
Говоря прямо, первое, что приходит в голову.
Че-чего ты вправду хочешь?
- Хочу суп. - Ну и напрасно.
Ты многое теряешь, серьёзно.
Да нет. Я был здесь всего час назад.
Взял эмпанаду из курицы, жареные бананы,
чуррос и стакан орчаты. Вот...
Ясно.
Хорошо.
Мне нравится. Ты и я.
- Угу. - Говорить или молчать.
Просто идти, понимаешь, с тем, кто тебя знает.
Кому можно сказать что думаешь.
У нас ведь так, да?
Конечно, да.
Это важно.
Можно задать вопрос?
О да, да. Ну, конечно, спрашивай.
Ты видел Филлис в последнее время?
Нет. Нет. Уже... давно не видел.
А ты?
Она присылает открытки на днюху, каждый год.
- О, мило. Да. - Да.
Давно не общался с ней?
Уже...
Целых 27 лет.
Боже.
Да, как-то...
Пару лет назад я... Я нашёл её в телефонной книге.
Я был рад увидеть её имя.
Слушай, есть идея.
Не хочешь сегодня выбраться?
- Ну, можно сходить на шоу или... - Я спешу домой.
Мы сегодня сидим с внучкой.
Ну да! Да, конечно.
- Да, да. Ну, в другой раз тогда, да? - Да.
- Да. Да, конечно. Да. - Отлично. Да.
- Эй. Спасибо за суп. - А, да. Да.
Алло?
Алло? Может, скажете что-нибудь?
Это...
- Это Ма... Маршалл Фелдхэммер. - Я вас не знаю.
Алло?
Да, я, я... я звоню насчёт Марти.
О, Боже.
О, Боже, он умер? Он умер, верно?
- О, Боже. - Нет. Нет-нет-нет. Нет, нет.
Нет, он не умер.
Ладно, так что ему нужно? Почка?
Нет.
Ладно, короче...
Скажите ему, что он от меня ничего не получит.
Я не дам ему почку, не дам ни капли своей крови.
У вас одно старое сообщение.
Привет, Марти. Это Айк.
Я понимаю, у тебя сложности с AFC.
Хотел убедиться, что ты хочешь продолжать нашу терапию,
и придёшь на сеанс в 11:15.
Вот и он.
Я очень, очень, очень горжусь тобой, Марти.
Ты сам понимаешь, что это невероятно?
Ты обрёл голос и силу.
Идём.
Должен признать, времени ушло много,
но ты воспрянул.
Да, садись.
Ты дал мне отпор, Марти. Поставил меня на место.
Заставил задуматься.
Врачи, психологи, мы... Мы тоже учимся.
Ты дал мне урок.
И я понял, что вот это я люблю. Это.
Мне надоела индустриальная психология.
Мне важны не деньги. Мне важны люди.
Я вижу, что помог тебе, и я хочу продолжать.
Поэтому я хочу вернуться к тому, что было в начале.
Доктор и пациент.
Я хочу посвятить себя тому, чтобы стать лучшим психологом в мире.
Но довольно обо мне. Расскажи о себе.
Как дела?
Нормально, вроде.
Опять это слово.
Значит, нужно ещё поработать.
Знаешь, Марти. В каждых отношениях есть свои сложности.
Но если в них есть любовь и уважение,
выдержишь любую бурю.
При этом, любовь с уважением порой нужно возрождать.
И поэтому
мы с Бонни вновь дадим клятвы верности.
Ясно. Неплохая мысль.
Мы всё обсудили
и решили, что существует лишь один человек,
который мог бы стать шафером.
- Ты. - Я?
Ну не знаю.
А кто?
Ты для меня очень важен, и для неё. Ты нам дорог.
- Это так приятно слышать, но... - Для меня это так важно.
Так что скажешь?
Ты окажешь мне честь, став моим шафером?
Ну, да, хорошо.
- Привет... - Привет.
Нэнси?
Ну, садись.
Ух ты, ты такая взрослая.
Надо же!
Брюс помог мне найти тебя в Фэйсбуке.
Вдруг тебе интересно.
- Брюс, Брюс из офиса. Да. - Да, ты говорил.
Так зачем... зачем я здесь? Зачем ты позвал?
Я хотел... Я, я, ну я...
Я хотел сказать, что я...
Я скучаю.
По твоей маме. Скучаю по всем вам.
Да, это логично.
Мы классные, ну а ты всю жизнь отсутствовал.
Да. Нет, это... Это так. Да.
В прошлую нашу встречу ты...
Ты очень увлекалась... Ой, ну как же их?
Не знаю.
А, ты... ты собирала пластиковые фигурки из Макдоналдса.
Ты достала последнюю, чтобы был полный набор?
- Гамбурглар? - Ага.
Нет, не достала.
Жаль, что не достала.
Я пережила.
- Конечно. Да. - Да.
Ты была маленькой. Да.
- Брюс сказал, что ты адвокат. - Ну да.
Ого.
Я впечатлён. И горжусь.
Тебе нечем гордиться.
- Да. - Не знаю, почему,
я думала, ты позвал меня, чтобы извиниться.
- Не знаю, о чём я думала. - Стой, Нэнси, пожалуйста!
Я этого ждала почти 30 лет.
Больше не хочу тебя видеть, Марти.
И моя мама тоже.
Знаешь, что?
Я тут подумал.
Ты знаешь, о чём я думал?
Нет.
Дадим повторно клятвы верности?
Что?
- Я думаю, нам это нужно. - Зачем?
Лучше бы спросить себя, а что мешает?
Ну, множество обстоятельств.
- Например? - Например, Айзек, если серьёзно.
Мы редко видимся, дома тебя нет.
Мы спим в разных комнатах с тех пор как...
Так, ладно, ладно. Я тебя понял, давай без деталей.
Чего именно ты хочешь добиться, вновь дав клятвы верности?
Или ты просто хочешь устроить праздник?
Нет. Что-то происходит с Марти.
Ну, для всех отношений приходит свой час.
- Прошу, не говори так. - Это правда.
Может быть, тебе стоит просто уйти.
Но я не хочу уходить.
- Я ни в чём не виноват. - Но это не нормально.
Нет. «Не нормально». Не норм...
Видишь ли, понятия нормы вообще нет. Вообще нет.
Я работаю психиатром уже 30 лет...
...и я знаю точно, и это факт.
Не существует никакой нормы.
Ладно. Но я волнуюсь насчёт... отдельных аспектов дела.
Мы ни в чём не виноваты.
Он пригласил нас.
Он захотел, чтобы мы заняли хозяйскую спальню.
Он сам так решил. Ясно?
Мы дали ему всё. Дали ему семью.
Мне нужна свадьба.
Нам нужна свадьба.
Ладно.
Ладно? Или «согласна»?
Ты что, трогаешь грудь?
А если да, то в чём проблема?
Просто. Девять вечера, я хотела посмотреть программу новостей.
Ясно...
Ладно.
БАГЕТ ЗА ЧАС
Есть кто?
- А, Марти! - Привет.
- Да, давно не виделись. - Привет, Джо, как дела?
Знаешь, врачи думали, у меня рак яичка.
А оказалось, что это просто недоразвитый яичник в яйце.
Да, все журналы писали.
Ну, поздравляю.
Ну ладно. Ты что-то хотел, я чем-то могу помочь?
Вообще, я надеялся поговорить с Ханной.
Что? Ханна? Она давно здесь не работает.
Да. А у тебя случайно нет номера, на который можно ей позвонить?
Есть, кажется. Только ведь она давно замужем, и у них дети.
Ого.
Да, но я хотел лишь проведать.
Узнать, как её дела.
Я понимаю, что это странно,
но м-мне интересно, почему она не брала трубку после свидания.
Марти, прошло много времени, но ты знаешь, всё было не так.
В каком смысле?
Сюда приходит доктор Хершкопф. Долго с ней говорил.
Не понял?
Сказал, что поговорить с ней просил его ты.
Нет! Нет, я... Я не просил.
То есть просил, но думал...
Она расстроилась, насколько я помню.
Ладно, ну...
Да, я... был рад встрече.
Я не могу сейчас ответить. Вы знаете, что делать.
Я звоню сказать, что...
не смогу быть твоим шафером из-за неких обязательств.
Итак ещё раз. Все замки новые?
И старые ключи не подойдут, да?
Да. Всё верно.
А, может быть, добавить ещё замок?
А то вдруг кто-то приложит силу.
- Это... да? - Да.
- Это возможно? - Ну, конечно.
Спокойно, дружище,
я делал это для многих людей, чьи отношения рухнули.
Да, всё очень сложно.
Вы уже съели целый огурец?
Ребята! Да на вас же огурцов не напасёшься.
Марти? Ты дома?
Марти, открывай дверь сейчас же.
Я вижу твою рожу. О, Боже.
Как ты смеешь общаться с моей дочерью?
- Я хотел увидеться. - Что?
- Я хотел с ней... - Я не слышу, что ты говоришь!
Открой уже дверь!
- Что? - Просто хотел увидеться с ней и с тобой.
Ты не можешь вот так просто вернуться в мою жизнь,
как какой-нибудь зомби.
Я убила тебя!
И наших почек ты не получишь!
Не нужны мне почки. Я просто... хочу общаться.
Ты не понял, Марти.
Для меня ты давно мёртв!
Прошу.
И я не позволю тебе воскреснуть для моих детей. Это ясно?
- Не... не надо так. - Оставь нас в покое.
Филлис.
Я не желаю тебя больше видеть. Никогда.
Ладно.
Извини, мне надо в туалет, дорога была долгой.
Прошу.
Боже, что ты сделал с нашим домом?
Мы сменили декор.
Декор – это коврик. А это - бредятина.
А куда делось наше дерево?
Ну, это...
Его больше нет.
- Это я вижу. - Да.
Так, где оно?
Долгая история.
Я не спешу.
Я его спилил.
Ясно.
Ну давай, рассказывай.
Таким образом мы объединили два участка.
Зачем?
Ну как, больше места.
И сколько места тебе нужно?
Ну, мне-то немного, но у нас были вечеринки.
Вечеринки? Ты же их не любишь.
И кто все эти люди?
Друзья Айка.
Где же ты?
Я там есть. Да.
Где?
Это мой локоть, и вот мой затылок.
- О, «кухня Бонни»? Иронично. - Ну да.
Готовит она средне.
А ещё, это не её кухня.
Да. Да, конечно.
В твоей спальне висит их портрет?
Не ерунди.
Здесь спали они.
Здесь?
Да.
- Прямо здесь? - Да.
- С тобой? - Нет!
Марти.
- Нет, я же не здесь спал. - А где ты спал?
Это твоя спальня. Так что я не...
Пожалуйста, пожалуйста, объясни мне.
- Где ты спал? - В гостевом доме.
Ясно. «А» - это просто ужасно,
и «Б» - я...
Ты... Да что с тобой?
Это просто отвратительно.
О, Марти. Что это за вонь?
Как будто врата ада распахнулись.
Септик протекает,
и всё всасывается там, возле девятой лунки.
Но я уже привык.
Привыкание – это твоя сверхспособность, да, Марти?
Ты смиришься со всем, даже с реальным дерьмом.
Мы пришли.
Вот моя банда.
«Койс II Men», я их зову.
А раньше звал «Backstreet Койс».
Привет.
Э? Я уже давал вам огурец.
Да, давал. Не обманывайте.
Ну, что скажешь?
Ну, им у тебя очень хорошо. Такие красивые.
Да.
Они особенные
Я... я недавно одного потерял.
Это очень грустно.
Я сочувствую тебе.
Марти.
Что этот хрен с тобой сотворил?
Не знаю.
Как можно было допустить такое?
Взять и вот так отдать свой дом.
Отдать свою... свою семью.
Свою жизнь.
А ты как смогла?
Смогла что?
Забыть меня.
Перестала звонить. Оборвала связь.
Ты как смогла?
Решила, что ты умер.
Умер и всё.
Только так и можно.
Ведь ты меня бросил, Марти.
Причём в самый трудный час.
Ты был моим братом.
Я и сейчас твой брат.
По сути нет. Уже нет.
Ты же обо мне ничего не знаешь.
Я хочу снова стать твоим братом.
Хочу заставить Айка уйти.
Стереть его из памяти, чтобы для меня он умер.
Какой я идиот.
Да нет, ты не идиот.
Ты неудачник, как все остальные.
Пойдём.
Сожжём барахло.
Хренова кухня Бонни.
Слушай, нужно придумать проклятие для каждой вещи.
А как это?
Прощай, жуткий портрет Айка и Фарры Фосетт.
Прощай, приглашение на праздник с гангстерами и отвязными подружками.
Прощай, билет на званый вечер ПЕН.
Класс! Класс!
Я поставил 20 тысяч баксов с этим номерком.
Вот это по-нашему!
Прощай, футболка с чёртовой бар-мицва.
ПРОТЁР ШТАНЫ, ТАНЦУЯ НА БАР-МИЦВЕ МАРТИ
Прощай, чековая книжка фонда Ярон Фаундейшн.
О! Прощай, старый бейсбольный мяч с какой-то дурацкой подписью.
Стой!
Ну ладно.
Так что, Филлис...
Можно увидеться с детьми?
Не знаю.
Они уже совсем взрослые, и тут решать не мне.
Да.
У меня уже внуки. И собаки.
И собственный бизнес. Кстати, неплохо идёт.
А ты всё пропустил.
Знаю.
Я четыре раза переезжала. Пять раз меняла причёску.
Трижды была в отношениях.
Ещё с парой парней встречалась просто ради хорошего секса.
Надо же.
Дети окончили колледж. И я окончила колледж.
Попадала в жуткие передряги. Потом выпутывалась из них.
- Хах. - Научилась готовить индийские блюда.
- И полюбила кинзу. - Нет!
Ты всё пропустил.
Я, я знаю. Знаю, я...
Он меня будто околдовал.
Я будто был под гипнозом или под чарами.
Я всё думаю, как он так мог? Как он мог так со мной?
Он должен был помогать мне.
А мне интересно, как ты мог так с нами?
Я не хотел вас обидеть, я клянусь.
Ну, хотел ты того или нет, но обидел.
- Я знаю. Знаю. - Я хочу простить тебя, но не могу.
- Пока что. - Я понимаю.
Я ужасно зла.
- А ты не зол? - На Айка? Да.
Нет, на себя.
За то, что ты это допустил.
Да. Вот это знатно будет гореть.
Стой! Стой, стой. Нет, нет, нет. Единственная копия.
Других экземпляров нет.
Это Айка, но искусство должно принадлежать людям.
«Мы любим тропики»?
- Рабочее название. - Да прекрати.
Нет. Нет. Нет, нет, нет.
Слушай, я годами печатал её изо дня в день.
Я просто не могу взять и сжечь её.
Ой, стой. Ты посмотри.
Это Брук Шилдс
Она его обожала. Серьёзно.
Марти. Какого хрена?
Ох.
Привет. Почему мой ключ не подходит?
Это Филлис?
Сколько лет.
Семейная встреча? Понял.
Я бы принёс маршмэллоу, если б знал.
Что вы тут жжёте?
Филлис помогает мне прибраться здесь.
Ясно, пойдём.
Идём-ка в дом. И всё обсудим.
Я не хочу говорить.
Конечно. Да. Ладно.
Обсудим потом. Я пока пойду в дом, возьму вещи.
- И он запросто пойдёт в дом? - Ничего. Ничего.
- Может, вызвать полицию? - Нет-нет-нет. Не надо полиции.
Насколько он вообще безумен? Может, взять нож?
- Чего? - Нож, Марти. Соображай!
Это не «Вестсайдская история», Филлис, и нож тебе не нужен.
- Я не знаю, с чем мы имеем дело. - Чёрт, а где мои рукописи? А?
Где мои книги?
Они моя собственность, они мои по праву!
Спорный вопрос, печатал я.
Что ты сделал? Что ты с ними сделал, а?
Где они? Где остальное? Где они?
Что? Нет! Нет!
Моя работа!
Ты что, спятил? Внезапно сошёл с ума?
Извини меня.
Прости.
Марти. Марти, послушай.
Помнишь, о чём мы говорили много лет назад? А?
Эти отношения токсичны.
Это зависимость. Я не хочу тебя пугать, но сейчас у тебя рецидив.
Ты не соображаешь. Это она тебя контролирует.
- О, Господи. - Нет. Она опасна.
Она не на твоей стороне. Она не в твоей команде, Марти.
Не слушай его, Марти. Прошу, нет.
- Марти. В глаза, в глаза, в глаза смотри! - Не слушай весь этот бред!
Пойдём-ка в дом, сядем, поговорим. Мы братья.
О, никакой он тебе, нахрен, не брат!
Филлис, давай я разберусь. Спасибо.
Ты иди к машине. Я приду.
- Ничего. - Обалдеть. «Мы любим Тропики».
Какое дурацкое название книги!
Я хочу, чтобы ты ушёл отсюда.
Спасибо.
Да что я тебе сделал, Марти?
Двадцать семь лет я был рядом с тобой, а?
За что ты со мной так?
Я сказал: уходи.
Ладно, да, уйду.
Если ты этого так хочешь.
Но я возьму свои вещи.
Это моё и это моё.
Это моё. Это моё!
Это всё моё!
Моё!
И знаешь, что ещё?
Я заберу своих... рыбок, раз уж на то пошло!
Нет, эти рыбки мои!
Слезь, слезь с меня! Полудурок!
Не смей трогать моих рыбок!
Ничего твоего здесь нет!
Всё это нереально!
- Не правда. - Это правда!
Единственное, что было реально в эти 27 лет – моё отношение к тебе.
Я потерял семью! Свой дом, свой бизнес!
Я пожертвовал всем, что имел!
А ты предал меня и использовал!
Ты забрал у меня всё!
Всё кончено.
Правда кончено. Хватит.
Без меня ты был никем.
И будешь никем без меня.
А это приятно!
Что за хрень ты творишь?
Вот тебе за 27 лет.
Это не моя.
Мда.
ГОД СПУСТЯ
ХЕРШКОПФ
Привет! Это дядя Марти.
Как жизнь, а? Вы поработали?
Посмотрим.
О! Хорошо поработали. Да.
Здравствуйте, все.
Привет, Кэрол. Привет, Сандра.
Привет, Отэмн. О, Мэри Лу. Надо же!
Привет, Сюзан.
Да, это мои Би-Джиз.
- Громче. - Нормально.
Нэнси, не надо к ним цепляться.
Джоэл. Джоэл.
- Джоэл. - Что?
Сфотографируй их.
- Я потом сфоткаю. - Пожалуйста.
Ну сделай снимок. Не будь придурком.
Хорошо! Только, не надо ругаться при детях.
Сделай снимок.
- Подойди сюда. - Да, я обойду стол.
Я не прошу тебя обходить стол.
Джоэл, Нэнси такая красивая...
А, отлично. Это было чудесно.
Это так чудесно.
Горжусь тобой.
Спасибо, ба.
А, Марти. Дядя Марти. Или Марти.
Прости. Никак не привыкну.
Ты можешь открыть дверь для Элийяху, впустить свежий воздух?
Конечно.
- Можно мне? - Конечно.
- У тебя руки липкие. - Да, я знаю.
Джоэл, сфотографируй это. Возьми камеру, и живо их сфоткай.
О, Боже, опять фотографировать?
- Давай, поторопись! - Ладно.
Элийяху здесь нет!
Да, правда?
Да.
- Сфотографировал? - Конечно.
Бабушка. Может, споём «Элийяху Ханави»?
Нет-нет-нет, это после обеда.
Если ей хочется спеть, давайте споём. Ладно?
Это прекрасный гимн.
Всё хорошо?
О, да.
Нормально.
Бабуль.
А Марти правда твой брат?
- Правда. - Не знала, что у тебя есть брат.
- И я хочу брата. - Да, а я хочу яхту.
У меня брат есть.
Это этот мешок с костями.
Пора есть суп с мацой?
- Конечно! Есть хочу. - Да. Суп с шариками из мацы.
- Суп с шариками из мацы. - Спасибо.
Ладно.
Передайте Агады.
Я сохраню их к следующему году.
Собираем. Спасибо, передаём.
Конечно, держи.
Когда Марти Марковитц впервые пришёл ко мне, он был сломлен.
Шарики из мацы.
Он пришёл ко мне за помощью. Я возродил его шаг за шагом.
Это непросто.
Я использовал все навыки.
Теперь он в порядке.
Он уверен в себе.
Он успешный человек.
И это моя заслуга.
Каждый пациент уникален.
К каждому нужен особый терапевтический подход, да?
Моя работа с Марти уникальна. Тут спору нет.
Да, он не только пациент и коллега, он...
Мы стали родными.
Но разве это плохо?
Скажите, я...
Разве плохо быть человеком в столь гуманной профессии?
И меня заклеймят за то, что я отдал ему жизнь, отдал слишком много?
- Спасибо, доктор Хершкопф. - Прошу. Я... Дайте закончить, прошу.
Марти был не просто пациентом. Он был частью жизни.
Он был мне самым лучшим другом.
Он заменил мне моего потерянного брата.
Я отдал ему всё.
Обвинения, что он выдвинул против меня ложны и жестоки.
Как смеет он пытаться отнять мою лицензию?
Я помог ему.
Я помог тебе!
Я помог, а он пытается запретить мне помогать другим?
Вот что весьма неэтично, а не терапия.
Простите, простите.
Я точно знаю одно. Я знаю, я хороший человек.
Спасибо, доктор Хершкопф.
Привет.
Здравствуй.
Зачем тебе это?
Что с нами стало?
А угадай, кого я видел в метро.
- Понятия не имею. - Знаю, что не имеешь.
- Я прошу угадать. - Нет.
- Ладно тебе, Марти. Ну попробуй. - Айк, давай не будем.
Ну ладно, не гадай.
Дайан Сойер.
Ага.
Классно выглядит.
А ты пчёл завёл?
- Да. Я завёл пчёл. - Правда?
- И мёд делают? - Да, мёд делают.
И довольно много. Больше мне не нужно.
Всё разумно.
Хорошее было время, правда же?
Ага.
Даже можно сказать, отличное.
Не совсем так.
Слушай, ты ничего не хочешь мне сказать?
Только мне. Не при адвокатах.
С глазу на глаз, здесь и сейчас.
Хочешь что-нибудь сказать про эти 27 лет?
Да, хочу.
Хочу сказать...
Что простил тебя.
Я прощаю тебя. Ну разумеется.
А как же иначе?
Знаю, тебе больно.
Тебе очень одиноко.
Ещё не поздно, Марти. Я помогу.
Я хочу помочь.
Позволь мне помочь.
Ничего.
О, Боже, ничего!
Что?
Ничего не чувствую.
Я тебя не понимаю.
Надеюсь, вас ждёт счастье, доктор Айк.
Я в это не верю, но всё же надеюсь.
Хотя я должен признать...
времени мало.
Прощайте.
ЗА 27 ЛЕТ
МАРТИ ЗАПЛАТИЛ АЙКУ 3,2 МИЛЛИОНА ДОЛЛАРОВ.
МНОГИХ ДРУГИХ ПАЦИЕНТОВ АЙК ПОДТОЛКНУЛ К ТОМУ,
ЧТОБЫ ТЕ ПОРВАЛИ СВЯЗИ С СЕМЬЁЙ.
ЕЩЁ ОДИН ПАЦИЕНТ ЗАВЕЩАЛ СЕМЬЕ АЙКА 20 МИЛЛИОНОВ ДОЛЛАРОВ
(ПОЗЖЕ ЗАВЕЩАНИЕ БЫЛО ПЕРЕПИСАНО).
В ФЕВРАЛЕ 2021 ГОДА АЙК ХЕРШКОПФ, НАКОНЕЦ, ЛИШИЛСЯ ЛИЦЕНЗИИ,
ЭТО СЛУЧИЛОСЬ ПОЧТИ ЧЕРЕЗ ДЕСЯТЬ ЛЕТ ПОСЛЕ ТОГО, КАК МАРТИ ПОДАЛ ЖАЛОБУ.
К ТЕРАПИИ МАРТИ БОЛЬШЕ НЕ ВЕРНУЛСЯ.
Перевод субтиров: Петрова Мария.