Ты идешь слишком быстро.
- Какой номер палаты? - Двенадцать. Палата 12.
- А не десять? - Я слышал «восемь».
Она сказала «12».
Я вернусь и проверю.
- Мне вернуться? - Да, вернись и проверь.
Это сарказм?
- Попался водитель-идиот. - Ширли, нам так жаль.
Боже мой.
Плохо дело, да, Эйб?
Папа, принеси нам кофе. Кто хочет кофе?
- Все хотят кофе. - Я схожу за кофе.
Что говорят врачи?
- Он умрет. - Они этого не сказали.
Сказали, что он, наверное, умрет.
Они делают анализы. Много анализов, пока ничего не говорят.
Это значит, что он точно умрет.
- Ты этого не знаешь. - Ты знаешь что-то, чего не знаю я?
- Нет. - Твоя цыганская гадалка
предсказала будущее?
- Мама! - Я сидела здесь,
когда врач сказал: «Он определенно, точно умрет».
Мириам. Я не взял бумажник.
Никто не хочет кофе.
Тогда зачем ты меня за ним послала?
Просто побудь с Ширли и ничего не говори.
А ты куда?
- Мы сейчас. - Принеси мне кофе!
- Ты в порядке? - Я его убил.
- Я убил моего отца. - Джоэл, нет.
- Да! Я как тот тип... Кто же это? - Кто?
Тип из Библии.
Не знаю. Авраам?
Нет. Он чуть не убил сына.
- Авессалом. - Нет. Имя не на «А».
- Эдип? - Он не из Библии.
- Он убил отца. - И женился на матери.
- Не считая этого, я - это он. - Джоэл.
Что случилось?
Он пришел в клуб с костюмами.
- Ананас, морковка. - Да.
Или виноградины.
Чтобы Эстер не убегала,
- можно их связать... - Короче.
Да. Я подумал: «Он здесь, он доволен. Надо сказать ему про Мей».
- И что ты сказал? - Я нервничал,
поэтому выпалил всё разом.
Сказал сразу «китаянка» и «беременна».
Надо было сначала одно, потом другое.
Думаю, ты ни при чём. Правда. Это я.
- Что? - Это я убила Мойше.
Нет.
Я сказала, что не могу заплатить,
а он сказал, у него будет инфаркт.
- Когда? - Две недели назад.
Медленный инфаркт.
Может, я создала условия,
процесс пошел, а ты его прикончил.
Это утешает.
- Ты его не убивал. - Ты тоже.
Мейзел. Жена - истеричка.
Мне надо...
идти и слушать, как они ничего не говорят.
Они вернутся нескоро.
Кажется, палата 12. Джоэл, как он?
- Мы не знаем, он без сознания. - Без сознания?
- Боже, мне так жаль. - Спасибо, друг.
Нет, я о том...
- Я убил твоего отца. - Что?
Меня ограбили.
Если бы меня не ограбили...
- Арчи. - Тогда всё и началось.
Я ни при чём и просто похлопываю всех по плечу.
Успокойся. Хорошо, что ты пришел.
Сказать Ширли?
- Я скажу. - Палата 12 здесь?
Я оставил сообщение час назад.
- Где ты была? - На стадионе.
- Почему? - Твое сообщение Ли Вей:
«Поезжай на стадион "Янкиз"».
- Надо найти словарь получше. - Как он?
Не знаю.
Он поправится.
Погодите, что это было? Что случилось?
У меня сегодня много работы.
Доктор!
- Вызовите врача! - Почему?
- Что случилось? - Эйб.
- Вернись туда. Ничего не поменялось. - Я слышал предсмертный хрип.
Ты уронил свои ключи.
Пойдем, папа. Я подержу твои ключи.
Великолепная миссис Мейзел
Эйб, мы с Зельдой едем к ним в дом,
чтобы забрать вещи Ширли.
Постарайся поспать, Ширли.
Спасибо, что позволил мне переночевать здесь, Эйб.
Тот дом
без Мойше...
Живи у нас сколько хочешь.
Хотела проверить, работает ли, на случай, если позвонят.
Садись, посмотри со мной телевизор.
Я налью нам выпить.
Выпить было бы неплохо.
Знаешь, мы с Мойше купили очень красивые места на кладбище.
Прямо над головой дерево,
и Мойше заплатил за скамеечку, чтобы люди могли посидеть.
Посидеть? Конечно.
А еще он заплатил за содержание могил.
Работники кладбища будут стричь траву
и опорожнять вазы раз в неделю.
Вы с Роуз купили места на кладбище?
Ты смотрела «Сумеречную зону»? Отличная программа.
Нет.
- Она сейчас идет? - Нет.
Нет, не идет, чёрт побери.
Вам с Роуз стоит поспешить
и купить места.
Нельзя оставлять такие решения детям.
Я знаю Мириам, она, наверное, купит тебе смешной гроб.
Например, в виде листка клевера.
Или в виде члена.
Представляешь?
Теперь представляю.
Мойше хочет некролог в «Нью-Йорк таймс»,
как у Альберта Эйнштейна.
У него был чудесный некролог.
Интересно, кто автор.
Мы так и не... Так и не побывали в Турции.
В Турции? Почему в Турции?
У нас был сантехник из Турции.
- Как будешь жить, если Роуз умрет первой? - Что?
Нет, я точно умру первым.
Думаю, Бог жестокий.
А ты что думаешь?
Я думаю, что Бог на самом деле -
это блестящий маркетинговый ход.
Жестоко, что люди знают, что умрут.
Будто тебе рассказали конец фильма, до того как ты его посмотрел.
Разве интересно смотреть «Касабланку»,
если и так знаешь, что Ингрид Бергман не останется с Хамфри Богартом?
Там нет ни чечетки,
ни карликов.
Одна песня, и Богарт уходит с типом, который якшается с нацистами.
Это переоцененный фильм.
Когда моего деда похитили...
Погоди. Твоего деда похитили?
- Да. - Кто?
Сначала мы думали, что анархисты,
но оказалось, это мальчишки Абрамовича, они жили за углом.
Зачем?
Кто знает зачем? Мальчишки!
В общем, до того как мы его нашли,
когда бабушка думала, что он не вернется,
она сказала: «Ему повезло.
Он умер со своими зубами».
Это лучшее, на что можно надеяться в жизни:
умереть со своими зубами.
Эйб...
Я хочу, чтобы ты знал:
если Роуз уйдет первой,
я тебе помогу.
Спасибо, Ширли.
«Сьюзи Майерсон и партнеры».
Говорите быстрее.
У нас всего одна линия. Пока я говорю с вами,
другие не могут дозвониться.
Мать твою, я над этим работаю.
- Погоди, дети здесь? - Да.
Надо предупреждать, чтобы я не материлась.
- Дети здесь. - Чёрт.
Она вам перезвонит.
- Мне надо знать, кто это? - Нет.
«Сьюзи Майерсон и партнеры».
- Выбери карту. - Не буду.
Ладно.
Посмотрю у тебя в бумажнике.
- У нее есть другие парни. - Это не фокусы.
Это от пяти до десяти лет.
Нет, если сначала просишь выбрать карту.
...Дайне Ратледж.
Мы принесли сфольятелле.
- Кофе не пахнет. - До свидания.
Дайна, ты меня обидела.
- Дайна? - Свари кофе сам.
«Сьюзи Майерсон и партнеры».
Да, он наш клиент.
- Они говорят обо мне. - Я занят.
Я сверюсь с календарем и поговорю с мисс Майерсон.
Слушайте. Я вам перезвоню.
Тебе надо завести вторую линию.
Иди на хрен, Фрэнк.
- Погоди, дети еще здесь? - Да.
Проклятье.
- «Сьюзи Майерсон и партнеры». - Дайна!
Подождите, пожалуйста.
Что там, Мэгги?
Звонят насчет странного фокусника.
- Он выступит на вечеринке? - Погоди.
Погодите.
Альфи выступит на вечеринке?
Для Билли Уайлдера - да.
Мило. Они говорят обо мне, будто меня здесь нет.
Мне правда нравится.
Когда у них появится другой стул,
нашей дружбе конец.
А если они прибавят машину и еду?
Я не знаю, на что ты смотришь.
Я их купил не для тебя.
Мэгги, категорический отказ.
Не думала, что фокусник будет так разборчив.
Мэгги теперь работает на тебя?
Если у нас занято,
люди звонят туда. Вы знаете Мэгги?
Я знаю ее босса. Он красит для нас дома.
Я думала, он сантехник.
«Сьюзи Майерсон и партнеры».
Это Мидж. Мне надо поговорить с Сьюзи.
Да. Для тебя ничего нет,
я скажу, что ты звонила. Пока.
Дайна, подожди.
Что у тебя во рту?
Я не стукачка.
Я ей горжусь.
Дайна!
- Да? - Флоренц Зигфелд звонит
по важному делу.
Ладно, давай телефон.
- Флоренц Зигфелд звонит. - Точно?
- Точно. - Лампочка не горит.
- Другая линия. - У нас ее нет.
- Веревка для белья. - Что?
Иди сюда. Мне надо подойти.
Ты о чём?
- Разве ты уже не говоришь? - «Майерсон и партнеры».
Разве Флоренц Зигфелд не умер?
Умер в 32-м году.
Я посмотрю. Какого числа?
Какая отличная система.
Сьюзи Майерсон.
Слишком занята для меня?
- Мириам? - Да.
Значит, Зигфелд умер.
Конечно, я видел тело.
У отца Джоэла был инфаркт.
Ты не могла бы найти мне замену
для клуба?
Погоди. Джеймс.
Хочешь выступить в «Уолфорде»?
Легкие деньги, полуголые девочки.
Ты обещала обойтись без туалетов.
Скажи ему, что я слышала.
Неважно.
Мне жаль твоего свекра, который тебе не свекор.
Сколько можно это твердить, мать твою?
- Дети еще здесь? - Да.
- Мать... - Сьюзи.
ПОБЕДА КЕННЕДИ
- Ну? - Я пишу о клубах.
Он без саксофона или косяка -
у меня нет мнения.
Раздобудь его.
Победит Никсон - уедем во Францию.
У меня фиксированная квартплата. Ты?
Красив здесь, очень красив там.
А на этой просто неотразим.
А Никсон?
Я и говорила про Никсона.
Отойди от меня.
Мне нравятся квакеры.
- Дальше. Переезжай в Хобокен. - Ладно.
Я хочу, чтобы вы написали некролог Мойше Мейзела
из фирмы «Мейзел и Рот».
Американская история успеха.
Самоучка, производитель одежды. Я уже сказал про 13 евреев.
Почему нет? Вы написали некролог Эйнштейна.
Мойше придумал новую резинку для легких
и дышащих мужских трусов.
Эйнштейн изменил теоретическую физику и астрономию,
заменив 200-летнюю теорию механики,
созданную в основном Исааком Ньютоном.
Но Мойше Мейзел дал вашим яичкам дышать.
Вы ньюйоркец. Вы знаете, какая у нас погода летом.
Простите. Почему вы здесь?
Я личный секретарь Эйба на полставки. Печатаю его статьи. А вы?
- Я работаю. - Что делаете?
Много чего.
Сейчас подшиваю документы.
- Вижу. - Раньше я печатала для Эйба.
- Но теперь у него есть вы. - Да.
- На полставки. - Пока.
А я на полной.
Ладно, я отменю свою подписку.
Буду читать засаленные газеты в библиотеке.
Он повторял: «Чем он знаменит?»
«Чем он знаменит?»
Жизнь человека не измеряется тем, сколько людей его знает.
Микки Маус, известный антисемит,
может рассчитывать на некролог в «Нью-Йорк таймс», а Мойше нет.
Погоди. Я позвоню Саймону Мелману в «Таймс».
Изобел, позвони Саймону.
- Ладно. - Саймон мой близкий друг,
и он мне много чего должен.
$300 и невесту.
Дозвонилась. Вас просит Гэйб Воллински.
- Саймон. Это Гэйб. - Расскажи ему о евреях.
- Окажи мне услугу. - Тринадцать.
Мне нужен некролог для друга.
Евреи.
- Что? - Расскажи ему о евреях.
Об истории или... Нет, Саймон, я здесь.
- Его зовут... - Мойше Мейзел.
Мойше Мейзел. И он был...
производителем одежды.
- Рота не было, Мойше его придумал. - Именно.
- Он не побывал в Турции. - Что?
- Турецкий сантехник. - Кев, держи его.
Да, я слушаю.
Я знаю, но это услуга.
Помнишь, ты увел у меня
Дайану у меня на дне рождения.
Да, так и было, ты предатель и мудак.
По крайней мере, ты мог бы заставить одного из своих
написать некролог для этого человека
и вернуть мне $300.
Ну и иди на хрен.
Внимание!
Саймон Мелман
отныне является персоной нон грата.
Вы его не знаете, вы о нём не слышали.
Он Николай Хохлов, а мы - Россия.
Вот первые полосы.
Если кому-то не нравится - тем хуже, блин.
Прости, не могу помочь.
Видимо, ничего не остается, как написать самому.
- Доди? - Да, Эйб?
Возьмите чистый лист бумаги.
И где его опубликуют?
Здесь, в «Виллидж войс».
У нас нет некрологов.
Тогда это будет краткая информативная статья об умершем.
Доди, за работу.
Готовишься к контрольным?
Эти доктора говорят всякую хрень
и уходят, я не успеваю их спросить.
- Бейгл. - Они всё время меняются.
Не отвечают за предыдущего врача,
- это не их область. - Кусай.
Я не понимаю их терминов,
они говорят быстро и уходят.
Я взял у Мей ее учебники.
- Записываю, потом смотрю. - Кофе.
Но я не знаю этих слов, записываю на слух.
Слова пишутся не так,
как я записал, и я их не нахожу.
Знаю только, что инфаркт моего отца
как-то связан с его сердцем.
Спасибо.
Никаких перемен?
- Чем дольше он без сознания... - Нет. Ешь бейгл.
Ты это видел?
- Восток. - Красный. Дракон.
Да, они уже несколько часов играют.
Зеленый дракон.
- Мей отвлекает маму. - Маджонг!
Она пыталась варить суп в больничной кухне.
Вызвали полицию, так что...
- Мне нужны деньги. - Что?
- Она меня обчистила. - Ты шутишь.
Разве похоже, что я шучу?
- Не поддавайся. - Я не поддаюсь.
Она просто акула.
Я прекрасно играю в маджонг.
В моей семье все прекрасно играют.
У моей семьи салон игры в маджонг,
а она не дает мне никаких шансов. Привет.
Бейгл?
- Вот. - Это всё?
Нужно больше.
- Больше нет. - Она сразу ставит $20.
Погоди. Посмотрю, что есть в пиджаке.
Д-р Макгуайр, подойдите в отделение скорой помощи.
Бейгл?
Спасибо.
Здорово, что ты занимаешь Ширли.
Джоэл сказал, что больница вызвала копов?
Да.
А еще он сказал мне...
Пожалуйста, не злись, но Джоэл... Я в курсе ситуации.
Нам стоит серьезно поговорить.
Немного поздновато.
Не об этом.
О том, как всё будет.
Что именно?
Ну, у нас с тобой, Джоэлом и детьми.
Ты же будешь... Дети будут... Ну, понимаешь...
- Не понимаю. - Мей.
Они живут со мной, но будут часто бывать у вас.
У них появится брат или сестра,
и нам надо установить правила.
- Например? - Например,
- я не хочу, чтобы они звали тебя мамой. - Я тоже.
- Как им тебя звать? - А что?
А что?
Скажем, они закрылись в ванной
и им нужна помощь?
Что они там делают?
Принимают ванну.
- У меня? - Мей, перестань.
Они твои дети.
- Но они у тебя. - Почему?
- Это ваши выходные. - В смысле?
Они у тебя, потому что ты вышла за их отца.
Разве нет?
Звонят Мидж Мейзел.
- Подойдите к посту медсестры. - Прости.
- Алло? - Вернись.
- У моего свекра... - Я знаю.
Это печально, но ты ведь заставила меня всё поменять.
- Бойзи. - Я вижу себя в унитазе,
настолько он чистый. Роскошно.
- Отлично. - Я купил фрукты,
зонтики и тампоны.
- Хорошие? - Да, хорошие.
Лучшие.
Я изменил всё, как ты просила,
и теперь сюда приходят женщины на тебя.
А тебя здесь нет, и они злятся.
- Прости. - Я придумал коктейль.
- Да? - Розовый и шипучий.
Его поджигают. Это потрясно. Я назвал его «Когда-то я был мужчиной».
Ты начинаешь драматизировать.
Пожалуйста, вернись.
Я написала для Банни, Митци и Глории хорошие шутки.
Как всё прошло?
«У нас новая вывеска на дверь.
На одной стороне написано: "Мы открыты, заходите".
А на другой стороне написано: "Простите, мы закрыты"».
Я не понимаю.
Тут не это написано.
Да вот же, я читаю:
- «Извините, мы...» - «Одеты».
Тут написано: «Извините, мы одеты». Короче, мы в одежде.
Ясно.
А на другой стороне написано: «Извините, мы одеты».
Всё равно не понимаю.
Отлично подобрала роли.
Бойзи, я обещаю, что приеду, как только смогу,
но мне надо идти.
Женственность
Привлекает ко мне целую толпу
Другие девушки почти ничего не говорят
Но им удается остаться одетыми
Из-за моего характера
Они ожидают, что я гостеприимна
Когда мужчина провожает меня домой
Я приглашаю его зайти
Я хочу просто угостить его джином
Но всегда оказываюсь на шкуре тигра
Иногда я не могу отогнать от себя мысль
Когда смотрю в потолок
Зачем вообще нужна
Женственность?
Боже, ты вернулась. Ты же вернулась, да?
- Один номер, Бойзи. - Да.
Потом снова еду в больницу.
Да, отлично, спасибо. Слушай.
Что скажешь?
Много пионов? Затмевают колокольчики?
Передохни, Бойзи. Пойди что-нибудь стукни.
Проклятье, Бойзи.
Митци, неважно, она вернулась!
Хорошо. Спроси ее, где тут шутка.
Хочу сообщить, что без тебя всё прошло прекрасно.
Рада это слышать.
- А ты кого изображаешь? - Тебя.
Как в зеркало смотришься, да?
Спасибо!
Сколько народа.
Я так рада, что я здесь.
Правда. Вы и понятия не имеете.
У меня в семье несчастье.
У моего бывшего свекра был инфаркт.
Он без сознания, и врачи не знают, будет он жить или нет.
Спасибо!
У нас там есть фанат неизвестности и смерти!
Это мило. Рада за вас, сэр.
Удачной вам партии в шахматы со Смертью.
Короче, в последние несколько дней
я выступаю рядом с кофеваркой в больнице «Бет Исраэль».
Закончу здесь и снова поеду туда.
Буду весь вечер смотреть, как мои родные мужчины теряют головы,
поедая желе.
Это очень пугает.
Нам всегда говорят: «Ты папина дочка».
«Папа тебя защитит». «Вот погоди, вернется домой отец».
А в больнице отец превращается в маленькую девочку,
которой сунули за ворот лягушку.
Мой отец - интеллектуал.
Все его эмоции закупорены наглухо.
Он ненавидит больницы.
Ненавидит больничный запах,
ненавидит сам вид больниц.
Когда я родила дочь,
мне пришлось держать ее у окна,
чтобы он мог ее увидеть.
А мой муж?
Точнее, бывший муж.
Но мы всё равно...
не чужие.
Честно говоря, я видела его расстроенным.
Когда «Бруклин Доджерс» переехали в Калифорнию,
он был безутешен.
Сидел в темной комнате, ел шоколад
и писал любовные письма Сэнди Коуфаксу.
Он храбрился, но вид лотка с хот-догами снова вызывал у него приступ горя.
Он прижимал к груди банку горчицы
и снова и снова повторял
состав 1955 года.
Не будем забывать про моего свекра.
Он сильный.
Гордый.
А теперь свекровь подрезает ему бороду, чтобы, если...
Когда он очнется,
он был готов выйти на работу.
Трудно видеть своих родных мужчин напуганными.
Когда мужчины выходят из строя, женщины продолжают делать дела.
Это не так уж необычно, правда?
У женщины может быть рана на голове,
но она устроит званый ужин, если приглашения разосланы.
Мы даже об этом не думаем.
Мы просто
считаем, что поддерживаем настоящих лидеров.
В больнице я часто вижу врачей.
Они все мужчины.
Они гордо расхаживают по палатам.
«Я важная птица.
У меня есть ручка.
Я смотрю на историю болезни.
И подписываю ее.
Я Бог. У меня мало времени.
Мне пора к желчным пузырям».
Но проведите пару дней в больнице, и вы начнете замечать...
медсестер.
Медсестры не спешат покинуть палату.
Они просто убирают судно,
берут кровь,
ставят свечи.
Они ничего не подписывают,
у них нет ручек,
но они поддерживают тебя.
И что всё это значит?
Женщины важнее Бога?
А если мы поймем, что всегда были главными?
Просто...
мы этого не знали.
Я не знаю, что я говорю.
Просто я...
не хочу, чтобы он умер.
А теперь посмотрим на сиськи и попки!
Тебя у задней двери ждет поклонник.
- Что? - Там.
Вот это сюрприз.
Я был поблизости, решил заглянуть.
Слышал про местный кофе.
Ну,
рада повидаться.
- Погоди... - Ленни.
Привет.
Привет, Ленни.
Красивый галстук.
Я их знаю по еврейской школе.
Мне пора.
Я видел твой номер.
Он отличный.
Трое строителей прослезились.
Спасибо.
Ты на меня зла.
Нет.
Я был полным козлом.
Мне очень жаль.
Я и думать забыла.
У тебя голос злой.
Ленни, не надо.
Прости меня.
Тут рядом исполняют концерт Гайдна
на инструментах эпохи,
и мои друзья хотят пойти.
А я привел их сюда, чтобы извиниться.
Они на меня разозлятся.
Я его слышала.
- Они ничего не потеряли. - Пожалуйста.
Ну что,
Карнеги-холл?
Да.
Довольно скоро.
На твоем месте я бы узнала точный день.
Хороший совет.
Ленни, мы в бар.
- Идем? - Пошли.
Это потрясающе.
Ребята из Карнеги -
люди из высшего класса.
Меня поселили в шикарный номер в отеле,
его перекрасили в мой любимый цвет.
Какой?
Я сказал, синий.
И правда синий?
Кто знает?
Ты.
Ладно.
Ты игнорируешь главное.
Люди из Карнеги-холла
покрасили номер в отеле,
в котором я проведу максимум четыре дня,
в синий для меня.
Меня, величайшей угрозы американской пристойности
со времен записей Мантовани.
Я достаточно важен для перекраски номера.
Пожалуйста, впечатлись.
Я впечатлилась.
Хорошо. Я пришел сюда и по другой причине...
Мне позвонили агенты Тони Беннетта.
У него пять концертов в «Копе»,
и меня пригласили их открывать. Работа мечты,
потому что он чудеснейший парень, а еще
у него просто невероятный буфет.
Я не могу, потому что выступаю в Карнеги-холле.
И для тебя перекрасили номер.
Я расхвалил им тебя.
Сказал, ты шутишь про инфаркты,
и они очень...
Что это?
Эй, что происходит?
Что? Что это значит?
Кажется...
Ты никуда не пойдешь. Ты пойдешь со мной.
Да. Это облава.
- Да? - Надо валить.
- О боже! - Уходите все!
Даллас, Саншайн, Бабблз, бегите.
Я взял гроссбухи.
- Оба? - Да!
Уходите.
Банни, Митци, живо!
Мне надоело, что мне все указывают,
что делать, куда идти и что такое шутка.
Я потеряла сережку.
У нас облава!
Как я пойду в одной сережке?
Два уха. У меня два уха!
Пригнись! Беги. Скорее.
Забудь про перья...
- Мидж! - Не могу найти свои вещи.
Купишь новые, бежим!
- Пойдем с нами. - Нет. Сегодня я скрипач на «Титанике».
Беги!
Бежим. Скорее!
Бойзи!
Мои туфли. Ноги замерзли.
С тобой ужасно убегать от полиции.
Понеси меня!
Понести тебя?
Брось меня через плечо.
Я не Санта-Клаус. Ты молодая и здоровая.
И что мне с ней делать?
Сообщи мне последние новости о Кастро.
Прикрой ей голову.
- Куда мы идем? - В убежище.
- Ты за них заплатишь? - Сейчас метель.
Ему надо на что-то жить.
Может, это его хобби.
У меня с собой сумочки нет.
У меня тоже.
А если есть ад?
Невероятно.
А если раввины ошибаются
и ад есть, то сейчас решается наша судьба!
Если есть ад, я там главная звезда.
Куда мы идем?
Как ты? Жива?
Десять минут во власти стихии.
Вызвать парикмахера? Священника?
Я в порядке.
Здесь красиво.
Карнеги-холл.
В «Б. Альтмане» распродажа шляп.
Жаль, у меня там больше нет скидки.
Отдай!
Добрый вечер, м-р Брюс.
Ужасная погода.
Это верно.
Слышала? М-р Брюс.
Когда выступаешь в Карнеги-холле, ты «м-р Брюс».
Добрый вечер, м-р Брюс.
После вас.
Ну как?
Что скажешь?
Очень мило, м-р Брюс.
Карнеги-холл.
Ну что,
выпить, поесть, вытереться?
Дай полотенце.
Мне ужасно жаль, подруги.
Это не должно было кончиться так.
Беседуешь с туфлями?
Нет.
Это нестрашно.
Я серьезно побеседую с манишкой.
С манишкой? То есть...
Да.
- А не с... - Нет.
Мило.
Я хотел придумать смешной предмет одежды.
Держишься подальше от меня?
Это из уважения.
Я тебя пугаю, потому что говорю с туфлями?
Некоторых мужчин это привлекает.
Думаю, в тебе много такого, что привлекает мужчин.
Ты можешь сесть в кресло.
Мне удобно.
Балансируешь там, как акробатка.
Ну...
На мне...
Мне удобно.
Что?
На тебе что?
Корсет для выступлений.
Корсет для выступлений?
Да.
И чем он отличается, например,
от корсета для дантиста?
Он с большей вероятностью меня задушит.
А еще он красивее.
Да.
Убить всегда пытаются именно красивые.
Ох.
Что?
Я это не подстраивал.
- То, что я здесь? - Я невиновен.
Позвони Рою Кону.
Ты не изменил атмосферные явления,
не вызвал снег,
не организовал облаву после моего номера?
Разве я не стою таких трудов?
Ты...
важнее Бога.
Ты меня слушал.
Тебя?
Всегда слушаю.
Мидж.
Да?
Я должен увидеть твой корсет.
- Ленни! - Прости.
Я наблюдаю за людьми,
таким меня создал Бог.
Ладно.
Если это будет...
Если мы разденемся
и займемся чем-то непристойным
в этом синем номере...
Я не знаю, к чему ты клонишь.
Я хочу, чтобы ты посмотрел мне в глаза и пообещал,
что ты никогда,
никогда не забудешь,
что я очень, очень
смешная.
Это прежде всего.
Я серьезно, Ленни.
Буду смеяться всё время, что мы вместе.
Обещаю.
Да.
У меня точно такой же.
Я наврал.
Я буду смеяться только в конце.
Нет!
Я сейчас вернусь.
Алло?
Ты не представляешь, как ты не вовремя.
Ладно.
До свидания.
Оказывается,
если ты м-р Брюс, тебе нужно
внести залог за тех, кто медленно бегает во время облавы,
и я вот подумал...
Это не для тебя.
Ленни, что...
Не волнуйся об этом.
- Но... - Всё хорошо.
Уверяю тебя.
Одевайся. Пойдем освободим всякий сброд,
а потом я угощу тебя поистине ужасной китайской едой.
Эйб! Я не знала, что ты всё еще здесь.
Тебе давно звонили
и сказали, чтобы ты ехал в больницу.
Что? Кто?
- Я не знаю... - Он умер?
- Боже мой! - Я не знаю, сказали поспешить.
Я откушу тебе пальцы, Изобел.
Это не Изобел, Доди, это Эйб.
Эйб!
- Который час? - Очень поздно.
Мне нужно ехать в больницу.
А вам пора домой.
Спасибо за помощь, вы настоящий Санчо Панса.
Телефонный звонок д-ру О'Коннеллу.
Доктор О'Коннелл, вам звонят, подойдите к посту медсестры.
Я...
Почему так долго?
Я...
Но ты жив.
Я жив. Да.
Ты не умер?
Нет. Не умер.
Я просто...
Звонок, я подумал...
- Надеялся на другой исход? - Нет, я, конечно, рад.
Я звонила.
Какая-то недовольная женщина не дала мне ничего сказать.
Ну, это потрясающе. Правда.
Я просто удивлен.
Кто это? Я ее знаю?
Это Мей.
Так чудесно.
Знаете, больницы нанимают игроков в маджонг,
чтобы отвлечь нас от мыслей о смерти.
- Правда? - Что?
Я растерялась.
- Боже. - Но она дала мне на чай.
Это мило.
Что это, Эйб?
- Что? - У тебя в руке?
Ничего.
Ты крепко его держишь.
- Просто... - Там написано: «Некролог Мойше».
- Ты написал мой некролог? - Нет.
Ты написал статью и озаглавил ее так.
Не мог попросить автора некролога Эйнштейна?
Нет. Я просто...
Да, я кое-что написал.
И что ты собирался делать, прибежав сюда?
- Прочитать его. - Мне?
- Да. - Без сознания?
Или мертвому. Да.
- Послушаем. - Что? Нет.
- Мне любопытно. - И мне.
У вас нет права голоса.
Эйб!
Это всего лишь черновик,
я еще не закончил. Но...
Я написал о твоем отце
и о тележке с огурцами. Мы все знаем эту историю.
Короче...
Ты открыл фабрику одежды, никакого Рота не было.
- Это была только твоя заслуга. - Спасибо.
Мойше привез сюда 13 евреев,
спас их. Был хороший абзац про это.
Хороший... В удачном месте.
И...
Нашел опечатку.
Еще одну. У кого есть ручка?
Оценки ставить не будут.
Да, ну, в общем,
после 13 евреев
я долго рассуждаю о том, есть Бог или нет.
- Есть. - Об этом ведутся споры.
- Какие споры? Он есть. - Да, ты так думаешь,
- но... - Эйб! Я в больнице, уступи мне.
Бог есть.
Пока. А потом...
Потом я написал о том, как ты приютил нас,
когда нам...
было некуда пойти.
Ты был не обязан это делать,
но ты это сделал. И ты...
ничего с нас не взял.
Ты позаботился
о нашей дочери...
хотя она уже не была замужем
за твоим сыном.
Ты был очень хорошим человеком.
И я...
Я по тебе скучаю.
Но ты не умер, так что...
Это очень приятно, Эйб.
Я куплю мороженого. Кто хочет мороженого?
- Я не против. - Я куплю кофе.
- Ограничься мороженым. - Хочется мороженого.
- Автомат возьмет деньги? - У меня есть мелочь.
- Откуда? Сказала, у тебя нет денег. - Мама!
Какая-то чертовщина.
У меня нет никаких данных об этом номере.
И об этом аппарате.
Модель незнакомая. Где вы его купили?
Он тут стоял, когда мы пришли.
Вот чертовщина.
«Бон Суар» хочет два бесплатных концерта Альфи, а потом они решат.
Ты издеваешься?
Так и знала, пусть идут на хрен.
Извините. Звонили из телефонной компании, придут во вторник.
Они уже пришли.
- А из электрокомпании пришли? - Нет.
Из электрокомпании придут в следующий вторник,
и еще звонил Марвин Николсон.
Погоди, телефон.
Господи, Фрэнк.
В мире еще остался чеснок?
Чеснок дает силы.
Сможешь побить других менеджеров.
Мойше вне опасности.
- Кто? - Мой бывший свекор. Он очнулся.
Не вижу радости.
А что? Он твой бывший свекор.
Мне плевать на твою училку в первом классе
и на твоего первого парня.
Эй, Сьюзи, у меня тут что-то странное.
Не надо такое кричать там, где все слышат.
Запомни на будущее.
Говорит, он от Тони Беннетта.
Хочет нанять одного из твоих клиентов.
Правда? Тони Беннетт?
Давай телефон!
Тони Беннетт.
Слышали? Мне звонит Тони Беннетт.
Мне звонят от него.
Мне звонят от него,
потому что Тони Беннетт сказал им позвонить мне...
Сьюзи.
Постой, Мэгги.
Ладно.
А я уж обрадовалась.
Ленни порекомендовал меня открывать концерт Беннетта в «Копе».
В «Копе»? Аншлаг в «Копе»?
Вот этот аншлаг в «Копе»?
Да, этот.
С рекламой на всю страницу, которая говорит:
«Эй, народ, это очень важный концерт.
Всех, кто с ним связан, ждет
богатство, слава и счастье».
Да, этот.
- Я не открываю концерты. - Не открываешь.
Да. Повесь трубку, Мэгги.
- Почему? - Я переехала.
- Куда? - Я умерла.
- Да? - Повесь трубку, блин.
Прости.
Ничего.
- Хочешь кофе? - Да.
- Сливок? - Сьюзи, не надо.
Что - не надо?
Ладно, сливок не надо.
- Ты знаешь мою ситуацию. - Сахар?
Ты любишь сладкое. Я положу тебе сахар.
Жуть какая-то.
Это был Тони Беннетт.
- Да, но я не... - Не надо, Фрэнк.
Это кремень в розовой пачке.
Ты не знаешь,
здание раньше находилось в другом месте?
- Думаю, нет. - Здание не передвигали.
Знаешь, Мидж,
это же отличная возможность.
Подумай об этом.
Спасибо. У нас с Сьюзи есть план.
Концерт Тони Беннетта?
Вот это план.
Это не наш план, но спасибо.
Он отличный певец, вы бы с ним сработались.
Да. Я не буду, но я бы с ним сработалась.
Мириам, как твои друзья и друзья Сьюзи...
Скорее члены семьи, чем друзья.
- Мы думаем о твоем благе. - Подумай о том, чтобы передумать.
И потом передумай.
Он поставит вторую линию, когда поймет, откуда этот телефон.
Дайна, помешай-ка соус.
- Две линии, да? - Да, пожалуйста.
Не открывайте дверь.
Можно с тобой поговорить?
- Почему они вдруг всё время здесь? - Кто?
- Мартини и Росси. - Я не знаю, они тусуются.
Здесь. Они тусуются здесь.
Да, здесь. Они нашли мне эту квартиру.
Нашли мебель и расставили ее.
- Почему? - Почему?
Это не очевидно, Мириам, но здесь много места, его надо заполнить.
Сьюзи, подумай.
Зачем они это делают?
С тобой так весело?
Со мной весело, блин.
Они не дружат с людьми без задней мысли.
В чём загвоздка?
А тебе-то что?
- Они что-то сказали про поделиться. - Чем?
- Тебе надо успокоиться. - Они гангстеры.
Я это знаю, ясно?
Они меня похитили на одну ночь.
Чем с ними надо поделиться?
Слушай. Они оказали услугу мне,
я окажу услугу им,
- так уж оно устроено. - Что?
Ты не можешь оказать им услугу.
- Могу. - Я - вот твоя услуга.
- Так, разговор закончен. - Сьюзи, пожалуйста, послушай.
Должна тебе сказать,
Мириам, что сейчас мне очень надоело
тебя слушать.
Осторожно, Мойше. Здесь ступенька.
Здесь ступенька.
Вот здесь, осторожно.
Ширли, лук у меня.
- Помедленнее, папа. - Да.
Помедленнее, говорю.
Если я пойду медленнее, я остановлюсь.
Папа. Пожалуйста.
Джоэл, я тебя люблю, ты мой сын, но иди на хрен.
Зельда - гений,
она всё устроила.
Твоя спальня здесь.
Столовая здесь.
Я тут напоказ, как свинья на ярмарке.
Третий доктор справа сказал, никаких лестниц.
Четвертый слева.
Третий доктор справа
и четвертый слева - одно и то же лицо,
говорю вам как воскресший из мертвых.
Ложитесь в кровать, м-р Мойше.
Я хочу поговорить с Джоэлом.
У тебя мертвая хватка.
Хорошо.
Я на кровати, сижу неподвижно.
И не ем соленое.
- Можно поговорить с сыном? - Конечно.
Послушай,
я должен кое-что сказать.
В тот вечер, когда это случилось, ты говорил мне...
Не надо об этом.
Знай, что я тебя слышал. Я слышал всё.
Я должен признать, что это подозрительное совпадение,
но я хочу очень четко сказать:
со мной это случилось не потому, что ты сказал мне о своей девушке.
- Нет? - Мне всё равно, что она китаянка.
- Повторить? - Нет.
Я удивился, что она беременна.
Но у тебя есть двое детей и ширинка, так что это не такой уж сюрприз.
Еще один шанс назвать кого-то в честь моей бабушки Хельды.
Нет.
Ты ее любишь.
Ты на ней женишься.
Еще один внук - это мицва.
- Это надо отметить. - Спасибо.
Но когда ты скажешь матери, она должна быть еврейкой.
- Что? - Это легко.
Встреча с раввином, книжка, ванна.
- Папа! - Что-то я ослабел, Джоэл.
Не расстраивай меня.
Зельда сварила говяжий бульон. Пей, Мойше.
Роуз.
- Извини нас, Мойше. - Эйб, боже мой.
Что случилось?
- Эйб. - И...
У меня для тебя подарок.
Но не забывай, я умру первым.
Как хочешь, Эйб.
Слишком толстые.
Слишком тонкие.
Слишком длинные. На какой хлеб это можно положить?
Долго она еще?
Начните сначала.
Прибереги для меня кусочек свадебного торта.
РОУЗ ВАЙССМАН, СВАХА Я НЕ ПРЕКРАЩУ! - РВ
Мы начинаем войну, Винсент.
Боже, какой чудесный запах.
Добрый вечер, дамы и господа.
Мне очень приятно
поприветствовать вас на концерте
Ленни Брюса в Карнеги-холле.
Я бы хотел поговорить о том, что комиков
называют больными...
В зале кто-то есть?
Не знаю. Пойди посмотри.
Нет, я не буду смотреть.
Что это изменит?
Ничего, выйду туда
и буду развлекать случайно зашедшего наркомана.
Не в первый раз.
Но Ленни Брюс критикует...
Он, так сказать, подносит зеркало
к больным элементам нашего общества,
которые стоит показать
и о которых стоит говорить.
Итак, дамы и господа,
Ленни Брюс.
- Срази их, Ленни. - Хорошо.
Ладно, успокойтесь.
Я не хотел нахваливать себя,
но это просто невероятно.
Вы бы посмотрели, как выглядит зал отсюда.
Знаете, выступать в Карнеги-холле - это...
Мне нравится.
Это как... Но это...
У меня было много фантазий.
Две отличные фантазии.
Первая: он представляет меня,
и я выхожу со скрипкой и потрясающе играю.
Целый час.
Трудные вещи Стравинского...
И я не говорю ни слова. Полная тишина - и я ухожу.
Вы такие: «Что это было?»
«Не знаю. Это концерт, он играл на скрипке».
«Он не выступал с шутками».
«Нет, он просто пилил свою скрипку».
Да.
Простите.
Так, фантазия номер два.
Здесь в основном завсегдатаи ночных клубов.
Может, хозяева зала и не знают, что мы здесь.
Да?
Да!
Мы нашли парня...
Например, продажного уборщика.
«Не шумите тут
и уберите за собой, когда закончите».
Ладно.
Ладно, послушайте.
Знаете, есть такие
дурацкие клише, например:
«Ты бы хотел, чтобы твоя сестра вышла за одного из них?»
Но где тут логика?
Сначала скажите мне, какая сестра и кто из них.
Допустим, я скажу члену ку-клукс-клана:
«Так, посмотрим. Тебе 35 лет. Ты не женат.
Ты белый.
Ты красивый мужчина.
Я дам тебе выбор,
у тебя есть свобода воли.
Можешь жениться на черной или на белой.
Они примерно одного возраста,
на одном экономическом уровне,
выбор за тобой.
Но ты должен жениться, что бы это ни значило.
Целоваться, обниматься, спать в одной постели жаркими ночами.
Пятнадцать лет с черной женщиной
или 15 лет с белой женщиной?
Надо будет целовать или черную женщину,
или белую.
Ты выбираешь между черной женщиной и белой женщиной.
Белая женщина - Кейт Смит.
Черная женщина - Лина Хорн.
Вас больше не интересует, белая она или черная, так?
Не знаю, есть ли в этом зале неудачники.
Когда расстался с женой,
развелся, возникает проблема.
Не знаю, есть ли она у вас.
Это проблема шоу-бизнеса,
ведь из-за моих часов работы...
Я не особо распутный человек,
но я люблю, чтобы было с кем провести время и поговорить.
Обычно я общаюсь с женщинами от 30 до 40 лет.
Они, как правило, разведены,
циничны и готовы к таким отношениям.
Но есть загвоздка:
куда пойдешь в четыре часа утра?
У каждой моей знакомой разведенки есть семилетний ребенок.
А если нет,
у нее есть мать, которая живет с ней и тоже разведена.
Вот такие матери просто чокнутые.
Жесткая конкуренция с дочерьми.
«У меня красивые ноги? Я танцевала чарльстон».
Да.
И вот в чём загвоздка:
куда можно пойти в четыре утра...
Если вы скажете «в мотель»,
не те слова. Не годится.
Да.
У мотеля непристойные ассоциации.
И я придумываю разные приемы...
Говорю девушке «трейлер».
Это звучит мило, да?
Трейлеры не непристойны.
«Хочешь пойти в мой трейлер?»
«Да, хорошо, где он?»
«Ну, он в моей комнате в мотеле».
«Да, я помогу тебе его собрать».
Была одна девушка...
Она мне вроде нравилась.
Я знал ее пару лет.
Встречались после работы.
И вот мы сидим рядом с мотелем,
и она говорит: «Слушай,
я не хочу туда идти,
будет неловко во время регистрации.
Иди ты». Я говорю: «Ладно. Согласен.
Посиди в машине».
Я вхожу. «Здрасте».
«Здрасте». - «Сколько стоит номер на месяц?»
«У нас расценки только за день, шесть долларов».
«Вот что я вам скажу.
Моя сестра сидит в машине.
У нас в семье случилась трагедия.
Умер мой дядя.
Не знаю, бывали ли с вами такие трагедии.
Мы с дядей были очень близки.
Она очень расстроена,
приняла успокоительное.
Она в истерике, так что я буду спать с ней».
Пора уходить. Берите лопаты и идите домой.
Спасибо.
Простите.
Мне жаль, если это была нога.
Вот она.
Народ,
это Мидж Мейзел,
моя миссис, для тех, кто знает.
Как твой свекор?
Всё хорошо, он поправится.
Слава богу. Мы были в панике.
Извините нас.
Мне надо поговорить с этой дамой.
Ленни!
Ты сегодня потрясающе выступил.
Правда.
Люди вокруг меня хотели, чтобы ты продолжал.
Но догнать тебя сейчас они бы не смогли.
Ленни, маленький секрет.
Чем красивее платье, тем неудобнее туфли.
Потрясающе.
Каково это было?
Это было прекрасно.
Я бывала здесь на концертах, но, конечно, я была в зале.
Ты отказалась от концертов Беннетта.
Да.
Отказалась.
Даже не подошла к телефону.
Это скорее Сьюзи, но да.
Ясно.
Забудем, что я тебя рекомендовал.
Я три раза отказался от их цены.
«Что это за деньги?
Знаете, кого вы получите?»
Это я виноват.
Ты меня не просила. Это я облажался.
- Ленни. - Но я не мог понять почему.
И я навел справки.
Не знаю. Может, тебя опять занесли в черный список?
Из-за истории с Болдуином?
Я в Карнеги-холле.
У меня есть пять минут, чтобы помочь тебе,
пока меня опять не выгнали из клуба.
И я узнал, что ты всё время отказываешься от выступлений.
Я приняла решение делать дела по-своему.
Прости, что это значит?
Это значит, что я хочу говорить что хочу.
Почему я объясняю это тебе?
Почему? Потому что я в шоке, блин.
Я не понимаю.
- Ты не открываешь концерты. - Да.
- Это правда? - Да.
Это правда. Я тебе рассказала про манифест.
Ты понимаешь, что это бизнес?
Как везде,
тебя нанимают, тебе платят. Ты это понимаешь?
Да, но...
Стань хорошим комиком, пусть тебе платят.
Мне платят в «Уолфорде».
Тебя никак нельзя назвать тупой.
Погоди минутку.
Ты никогда не идешь на компромисс.
Ты выходишь на сцену, зная, что в зале могут быть копы,
что они уже там,
и ты всё равно говоришь что хочешь.
Почему я не могу хотеть того же?
Господи боже, Мидж.
Ты возвела меня на гребаный пьедестал.
Аресты - не знак почета.
Из-за них я не могу работать, где хочу.
Люди боятся меня нанимать.
Я хочу как раз обратного.
- Но... - Я ненавижу,
когда половина зала надеется, что меня арестуют.
Надеются, что смогут рассказать
друзьям смешную историю за сыром с крекерами.
Чёрт, я хочу, чтобы люди смеялись.
Думали и смеялись, да, но смеялись.
Я комик,
я развлекаю людей.
Мешковатые штаны, банановая кожура.
Я не мессия от стендапа.
Я хочу вот этого.
Ради этого я работал.
А ты?
Ты не хочешь оказаться здесь?
Знать, что тысячи психованных
пришли на твой концерт в метель?
Это должно быть целью.
- Ты думаешь, это не так? - Ты сюда не попадешь,
прячась в клубе, которого не существует.
Я не прячусь.
Еще как прячешься, блин!
Болдуин уволил тебя,
ну и что, блин?
Найди другую работу, потом еще одну.
И пусть меня постоянно увольняют?
Да, если понадобится.
Послушай меня.
Я совершал ошибки
и совершу их еще много,
но одно я вижу очень четко -
конечную цель.
Правда?
- Так вот зачем тебе футляр... - Нет!
Речь сейчас не обо мне.
А о тебе.
Ты хотела, чтобы я не забыл, что ты смешная, да?
В ту ночь ты хотела, чтобы я думал о тебе не просто как о женщине,
но в первую очередь как о комике.
Не забывай, что я тоже комик.
Не надо меня жалеть и лечить.
Мне это не нужно, особенно от тебя.
Я не хочу тебя лечить.
Девяносто процентов успеха - то, как тебя видят.
Ты выступаешь с Тони Беннеттом -
значит, заслуживаешь этого.
Тебя тащат в тюрьму
за ругательства - значит, ты заслуживаешь этого.
Поумней.
Я не прячусь.
У меня есть план.
Не планируй.
Работай.
Просто работай и работай.
В этом бизнесе наступает момент.
Окно открывается.
Упустила его - оно закроется.
Просто не...
Если ты всё испортишь, Мидж, клянусь...
Ты разобьешь мне сердце, блин.
Кеннеди победил! Мы этого добились!
ИДИ ВПЕРЕД
«ШОУ ГОРДОНА ФОРДА»
Перевод: Татьяна Стрелкова
Креативный супервайзер Владимир Фадеев