СЕРИАЛ NETFLIX
Мы остаемся
в тени.
Мы добиваемся перемен, свергаем тиранов,
но не навязываем свою власть людям.
Люди должны управлять собой сами.
Говорите, мальчики.
Почему вы хотите быть воинами «Нумора»?
Была одна женщина.
Танди.
- Мы… - Любили ее.
Она хотела свободы.
Справедливости.
Она мечтала о…
Мечтала о едином континенте.
Мы хотим быть воинами.
Это наш долг.
Спрашиваю еще раз.
Ты кроме Золисвы…
…кого-нибудь убивал?
Стрелял хладнокровно кому-нибудь в спину?
Да.
А пытками занимался?
Опустите оружие.
Если он выстрелит,
не мстите ему.
Давай, Аллан.
Давай, убей меня на глазах у миллионов людей.
Давай.
Скоро вы увидите, что такое настоящее правосудие.
Я хочу… Я хочу всё рассказать!
Я хочу всё рассказать.
Я хочу всё объяснить.
Сядь.
Сядь!
НАШЕ ПРАВОСУДИЕ
Повторяю. Митинг не санкционирован. Немедленно разойдитесь!
Пожалуйста, разойдитесь!
Машаба, на связь.
Очевидно, что ситуация ухудшается.
Где слезоточивый газ? Я их отсюда слышу.
Их немного, у меня всё под контролем.
Пока немного, потом станет больше.
Пусть этим займется спецназ.
Или мне туда идти и самому ими командовать?
Дети мои.
Послушайте, пожалуйста!
Вы хотите, чтобы из-за вас погибли люди?
Хотите?
В здании суда
чьи-то отцы, матери,
братья и сестры.
Подумайте о заложниках.
- Их смерть будет на вашей совести. - На нашей.
Кто стрелял в журналистку?
Разве «Нумор»?
- Или всё-таки мусора? - Мусора!
Эти люди с АК-47 и заложниками не борцы за справедливость.
И мы не хотим насилия.
Не провоцируйте нас.
Слава Азании!
Слава!
- Слава Макоме! - Слава!
- Слава «Нумору»! - Слава!
Маски.
Сильно их не бейте.
Что случилось?
Мензи!
Стой!
Не двигаться.
Спокойно.
Всё хорошо, это я.
Это я.
Мензи, это какое-то безумие.
Любая революция — безумие.
Слушай.
- Таби взяли. - Что?
Это не страшно.
Мы-то на свободе.
- Мы соберем еще больше народу. - Нет, Мензи.
Да ты послушай.
У нас всё получится. Да?
Да?
Ладно.
Вот и хорошо.
Действие порошка закончилось.
Пора возвращаться.
Прости. Вот так.
Ты жива? Точно?
Прости.
Можно мне в туалет?
Конечно. Только быстро.
- Готова? - Да.
Пошли.
Давай.
Мы остановились на странице 160.
«Подъем африканского национализма».
Мэм?
Вы будете голосовать?
Нет, Тембека.
Голосование ничего не изменит.
Простите, но…
Такое время было.
«Такое время было».
У тебя не бывает вспышек гнева?
- Не срываешься на ровном месте? - Нет.
То есть все грехи ты совершил в армии и с тех пор никого не трогал?
- Нет. - Например, свою жену.
Мария…
- Почему от вашего сына ушла жена? - Она соврала. Это всё неправда.
- Мария. - Это неправда.
Неправда.
Неужели?
Он ее избил, Мария.
Сильно избил.
Сломал ей нос.
- А сыну — руку. - Что?
Это тоже вранье, Харви?
Нет.
Ваша конституционная демократия важнее этого?
Она обратилась в полицию?
Харви убедил ее не делать этого. Да, Харви?
А ты откуда знаешь?
Подготовился.
Наша храбрая журналистка.
Раненная, между прочим, полицией.
- Ты помог ей? - Да, сэр.
Всё хорошо?
Да, сэр.
Расскажи-ка всем,
как полицейский выстрелил в тебя.
Говори правду.
У них человек в полиции.
Они подстроили этот выстрел, чтобы все его увидели!
Они манипулируют вами!
Не верьте Азании! Это всё спектакль!
Нужны доказательства!
Отпусти!
Не отходи от меня.
Мензи.
Короче, они всех нас повязали.
Вот чёрт.
Ты меня толкнул.
Что?
Ты меня толкнул.
- Я врезался… - Я похож на идиота?
Таби, успокойся ты.
Он меня подставил, а ты за него?
- Мы одна команда. - Таби.
Чего ты паникуешь? У нас всё будет хорошо.
Ясно?
Разве что у тебя, мажор.
Чего?
А ну-ка, выходи.
Куда это вы ее уводите?
Куда ее уводите?
Иту…
Я служил в спецотряде.
Его задачами были
выявление и нейтрализация лагерей коммунистов из «Копья нации».
АНГОЛА, 1988 ГОД
Что случилось, когда вы захватили меня?
Ты мужик или крыса?
Говори.
Говори!
Гнида черножопая!
Я пытал тебя.
Всё еще думаете, что прошлое не имеет значения, Бенгу?
Прошлое очень важно, Макома.
Как и конституционная демократия.
Прошлое мучает и меня.
Но я стал другим человеком.
Я стал другим.
Клянусь.
Забудьте о конституции. Я за «Нумор».
Судья Бенгу права.
Если мы дадим волю этим зверям, нам придет конец.
Долой систему. Даешь правосудие!
- Этим террористам… - Борцам за свободу.
…всё сходит с рук.
И общество видит: в стране всем всё можно.
Они борцы за свободу.
Надо было тебя отлупить на глазах у твоих дружков.
- Вот дома… - А я не поеду домой.
Я останусь здесь, с дружками.
Это ты о Мензи?
У этого дебила есть связи, его вытащат отсюда.
У нас связей нет.
Головой подумай.
Я верю в то, что мы делаем.
Серьезно?
- И в убийство? - Люди гибли и в борьбе с апартеидом.
Господи.
Ох, молодежь.
У нас в ЮАР что, до сих пор апартеид? Вы идиоты?
Я твоя мать, Иту.
И дважды просить не стану.
Я всем твержу, что у полицейских должна быть безупречная репутация.
Знаешь, чего мне это стоит?
- А ты меня подставляешь. - Я тебя ни о чём не прошу.
А мне что, смотреть, как тебя сажают? Плюнуть на твое будущее?
- Пойдем-ка. - Нет.
Я останусь и буду бороться за свои убеждения. Как ты.
Как делал отец. Мама, Мензи так на него похож.
Сомневаюсь.
А ты как сама-то?
Может, это тебе домой надо?
Видишь ту женщину?
Ее муж в здании.
Думаешь, охота ей разрушать систему?
А Макоме, думаешь, есть дело до нее и ее боли?
Она ждет мужа.
И все сидящие там ждут своих близких.
Иту, я тебя прошу.
Поможем друг другу.
Я отпущу твоего парня и его друзей,
и протестуйте себе, но не здесь.
Дайте нам спокойно заложников вытащить.
Если Мензи похож на твоего отца, он захочет спасти людей.
Реальных людей.
Сестра Буси.
Чайку попейте.
Спасибо.
Обычно я приношу другим чай.
Простите.
Алло?
Любимая.
Спиве, любимый.
Я мозг себе сломал, пока пытался твой номер вспомнить.
Где ты?
Что с тобой? Ты в безопасности?
И чей это телефон?
Ты об этом не волнуйся, долго рассказывать.
Со мной всё хорошо.
Пока.
А ты где? Нанди с тобой?
Это ее муж. Он в здании.
Я около суда. А Нанди в саду.
Простите, мэм.
Я поговорю с вашим мужем?
Пожалуйста.
- Полиция трубку просит. - Они могут меня вытащить?
Вытащите его?
Мы сделаем всё, что в наших силах.
Обещаю.
Поверьте мне.
Я люблю тебя.
И я тебя люблю, милая.
Сколько там боевиков? Где именно они находятся?
Я не знаю.
Ладно, успокойтесь.
Помогите нам понять, как спецназу незаметно зайти в здание.
Для этого надо осмотреться. Не знаю.
Я не могу.
Послушайте, друг мой.
У вас же есть дочь, так?
Да.
Кем вы хотите быть для нее — охранником
или героем?
Это ваш шанс. Здесь и сейчас.
Хорошо.
Но что мне делать?
Когда выйдете из туалета,
увидите коридор.
Идите до самого конца коридора.
Там будет развилка. Вам направо.
Ясно? На развилке — направо.
Телефон разряжается.
Спиве, помогите мне, а я помогу вам.
- Хорошо. - Спасибо.
Мы всё спланируем и перезвоним. Всё будет хорошо.
Как у нас дела с досье?
Там сидит жена этого человека.
И что?
- Мы должны вытащить его оттуда. - Мы должны ликвидировать Азанию.
Сэр.
Этого мужика там убьют.
Вперед!
Чёрт.
Товарищ.
Я помогу.
Ты в безопасности.
- Все туда, вперед! - Всё кончилось.
#Фейки, #СмертьАзании.
Тренд номер один — #МыНеТакие.
Да что с ними такое?
Виновным Харви считает 254 431 человек.
А невиновным — 239 220. И этих
всё больше.
Может, не надо было давать слово Бенгу.
Может, не надо убивать человека в прямом эфире.
Что?
Твою мать.
Мой телефон.
Что с твоим телефоном?
Упоролся с журналисткой и потерял?
- Он был у меня. Я не знаю… - Что с телефоном?
Не рыпайся, мальчик.
Неужели в такой момент мы предадим память Суку?
Наших братьев и сестер?
И дадим Эйблу выйти сухим из воды?
Ты предал нас?
Предал?
Что еще ты рассказал журналистке?
Она догадалась.
Она сама догадалась.
Завязывай с порошком.
Набери-ка его.
Сбросили звонок.
- Когда ты потерял телефон? - Не знаю.
- Допроси журналистку. - Нет.
Я сам.
Сколько раз мне повторить:
я не брала твой телефон.
Брала. Украла его в туалете.
А вы в меня стреляли.
Хватит.
Хватит херней страдать.
Лучше признайся мне, и быстро.
А то сюда придут другие, понимаешь?
Лучше мне.
Зачем?
Зачем тебе всё это?
Ты же не такой, как они.
- Наши корни глубоко. Мы братья. - Они лжецы!
- Ты ни хрена не знаешь. - Ты же мне ни хрена не говоришь.
У вас есть кодекс?
У меня тоже.
Я несу людям правду.
Если ты думаешь, что вы тут подвиг совершаете…
…тебя надурили.
Что?
Это сложная штука.
Всё это… Я не… Я…
Я не обязан тебе ничего объяснять, ясно?
- Мне нужен телефон. - Я не брала.
Отдай сейчас же.
- Люди погибнут. - Я не брала.
Отдай телефон!
Если узнаю, что ты мне наврала…
…пеняй на себя.
Телефон взяла не она. У нее его нет.
Да?
- Уверен, что тебя не надурили? - Что сказал?
И мне доставалось за то, что я чтил кодекс.
Телефона у нее нет.
Пойду доложу об этом Макоме.
Брат.
Можно откровенно?
Разрешаю.
Мы одни.
Позволь мне быть рядом.
Время идет.
И Ухуру не единственный, кто нам мешает.
Но наш план сработает независимо от того, умрет Харви или нет.
Он лишь приманка, чтобы они выбрали второй вариант.
Это важнее.
КОНГО, 1989 ГОД
Целый год
вы изучали кодекс Тарика и доказали, что достойны «Нумора».
Сегодня,
перед старейшинами,
вы станете одними из нас.
«Нумор»!
Войдите.
Министр,
юристы говорят, «Правда Медиа» защищена конституцией.
Мы можем добиться запрета вещания в интересах
национальной безопасности, но на это потребуются сутки.
- Приступайте немедленно. - Да, министр.
НУМОР — НУ КАК, ПОНЯЛ, ЧТО МЫ ДЕЛАЕМ, БРАТ?
Власти не контролируют ситуацию.
- Палят в журналистов. Бьют студентов. - Эта журналистка из «Правда Медиа»…
- Входи. - Доброе утро.
Привет.
Поесть тебе принесла.
Помоги-ка мне. Как мне тут проголосовать?
С таким телефоном — никак.
Лучше поешь.
Как это всё ужасно.
Полный бардак.
Что ж, послушаем, что Харви скажет в свою защиту.
Как же я устал.
В нашей стране каждый день
кого-то избивают, насилуют, убивают.
Это происходит и с белыми, и с чернокожими.
Со всеми нами.
В ту ночь под мостом…
…я не хотел никого убивать,
но меня вынудили.
Вопрос стоял так: либо он,
либо я.
Я был героем.
Ведь… Он бы мог напасть на кого-то еще.
Что бы на моём месте сделал другой?
Что?
А ты бы что сделал, Макома?
Ты хочешь меня казнить
за боль, которую я тебе причинил.
Я это понимаю.
Правда, понимаю.
ВИНОВЕН 50,1% НЕВИНОВЕН 49,9%
Но я служил в армии.
Я выполнял приказ.
У меня не было выбора.
У всех есть выбор.
То, что он сделал, простить нельзя, мистер Макома.
И вы вправе его ненавидеть.
Но то, что вы сейчас тут устроили,
уничтожит нашу судебную систему.
Ну и пусть.
- Но… - Но!
Мне надоела система, которая защищает таких, как он.
Эта система не защищает таких, как он.
Ничего подобного.
Это всё только слова.
Безумные слова.
Ведь журналистка всё нам про вас рассказала.
- Вы манипулируете… - Эта журналистка не в себе.
Она ошибается.
Что касается безумия, то всех, кто дает народу власть,
подлинную власть,
называют безумцами и террористами.
Но вы слышали:
убить Аллана Харви
значит убить систему
и тех, кто затыкает нам рот пособиями и продуктовыми наборами,
а сами разворовывают страну.
Да еще и используют эту систему в личных интересах.
Вы стоите на коленях
и ждете от них подачек, а они пируют, как короли.
Они держат нас в грязи, как свиней.
Слава Азании!
Он же готовый диктатор.
Вы этого хотите?
Думаете, сейчас плохо? Но будет еще хуже.
Кому?
Но вы не холопы.
Вы не свиньи.
Вы сыновья и дочери этой земли
и законные хозяева этого континента.
Ну наконец-то.
Справедливость для бедных.
Он застрелил Золисву, искромсал меня ножом,
избил жену и сына.
Взгляните на его мать.
Она согласна.
Голосуйте за убийство Аллана Харви.
ВИНОВЕН 52,2% НЕВИНОВЕН 47,8%
Голосуйте за уничтожение системы.
Долой систему, долой правительство.
- Эта не наша власть. - Тихо, он же услышит.
Я голосую за его убийство.
- Молой! - Блин.
Ко мне в кабинет, быстро.
Убивать Азанию нельзя, это только осложнит ситуацию.
Поговорите с министром полиции.
Напомню, ликвидация Азании — наша главная цель.
Так сказал министр? Мы теперь убийцы?
А они что тут делают?
- Машаба сказала, они хотят… - Выведите их отсюда.
Это же подозреваемые.
- Сэр, я проведу с ними переговоры. - Зачем? Их уже задержали.
Нам прежде всего нужно помочь Спиве. У него же телефон разряжается.
Если он пойдет по коридору… Сэр?
Он пойдет по коридору и выйдет к другому входу,
который ведет к подземной парковке. Я сейчас покажу вам это на плане.
Ты слышала, они хотят убить Азанию.
Твоя мама дала ему телефон.
Надо узнать номер и предупредить Азанию.
Ты сдурел, что ли?
Да ты же уже залезала в ее телефон.
Мог бы я сделать это сам, сделал бы.
Вопросы-то свои порешай.
Вот коридор, а вот проход к парковке.
- Хер с ним, сам сделаю. - Ничего не выйдет.
Если у тебя кишка тонка,
если наша борьба для тебя лишь игра… Для меня — нет.
Так нечестно.
- Не волнуйся. - Ну что, всё обсудили?
Мы не хотим, чтобы кого-то арестовали.
И если из-за акции Азании погибнут люди, вы обвините в этом нас.
Так вы поговорите со своими?
Но протестовать можно?
- Там, в парке? - Вас не тронут.
- До встречи. - Я останусь.
Все знают, что я твоя дочь.
Скажут, что я продалась.
Оставайся.
- Ладно? - Машаба, ты мне нужна.
- Спиве. - Да, сэр, слушаю.
Спокойно. Всё хорошо. Я всё время буду с вами.
Вот план действий.
Перед вами дверь. Откройте ее. За ней коридор.
Идите по коридору до поворота направо.
Поверните и пройдите до конца второго коридора.
Твою мать.
А где вход?
Спиве?
Я вас плохо слышу.
Алло. Да.
На двери куча бомб.
На бомбы, провода, на всё, что выглядит необычно,
не обращайте внимания. Не трогайте и проходите мимо.
Твою мать.
Когда я был в Конго,
шаман предупреждал меня:
женщины — они как демоны.
Секс им нужен для того,
чтобы высасывать из мужчины силы.
Ты околдовала моего брата.
Понимаешь…
…этот шаман…
- Он дал мне зелье для защиты от вас. - Хватит!
Не надо!
Не лезь к ней!
Довольно!
Кодекс!
Я обучил вас кодексу.
Мне нужен телефон.
Не брала я телефон.
Первый день на работе, а такая смелая.
Откуда вы…
«Правда Медиа» замешана в этом?
Бэби замешан, да?
Он всё знал.
Где телефон?
Я не брала телефон.
Отвалите от меня на хрен.
Ти-Кей?
Погоди.
ПОЛИЦИИ ПРИКАЗАНО УБИТЬ ТЕБЯ
Не волнуйся. Невинных мы не убиваем.
Что?
А чья тогда кровь в туалете?
Приведи-ка оператора.
Ти-Кей.
Чья кровь в туалете?
Мы только что получили сообщение от преданного зрителя.
Посмотрим, что из этого выйдет.
Они знают про него.
Мой муж!
Мамфо, мой муж!
Что за херня?
Вы же обещали.
- Уведите ее. - Мистер Венделл!
Прошу, сюда.
Давай-ка позвоним нашему герою.
И узнаем, что задумали эти гады.
Иту слушает. Кто это?
Иту…
Алло?
Кто это?
Как я рад слышать твой голос.
Так, слушайте все.
Нужно выяснить, кто эта Иту.
За работу!
А ты куда?
Мне нужно на воздух.
Вы же обещали.
Иту?
Похоже, разъединили.
Ну и ладно…
Иту,
«Нумор» благодарит тебя.
Перевод субтитров: Дмитрий Заикин