Доктор Бальц, спасибо, что снова приехали к нам.
Давайте подробнее остановимся на пятом дне. Первое сентября.
Мы все умрем.
Там царила анархия.
Никто не знал, что происходит. Никто ни за что не отвечал.
И были приняты решения, которые не должны были приниматься.
Нам нужно снизить количество сотрудников,
и я предлагаю вам эвакуироваться со следующей группой.
Эвакуироваться?
Сьюзан, мне нельзя эвакуироваться. Я врач. Врачи ухаживают за пациентами...
Хорас, мы здесь больше ничего не можем сделать.
Мне сказали, я должен быть готов к отъезду.
Что меня сразу посадят в спасательную лодку.
Меня терзает сильное чувство вины,
что я не остался там до самого конца.
Знаете,
что такое героизм?
Помнить, почему мы стали врачами,
и, невзирая ни на какие обстоятельства,
придерживаться нашей клятвы: «Не навреди».
Но в этом хаосе люди просто перестали быть собой.
И эта слепота нахлынула и захлестнула всё вокруг.
Слепота накрыла всех нас.
Вброд по воде
ПЯТЬ ДНЕЙ ПОСЛЕ КАТАСТРОФЫ
Вброд по воде, дети мои
Вброд по воде
Вброд по воде, дети мои
Вброд по воде
Бог возмутит эти воды
Человек спустился к реке
Господь, человек спустился к реке
Человек спустился к реке
Спустился, чтобы вознести молитву
Вброд по воде
Вброд по воде, дети мои
ПО МОТИВАМ КНИГИ ШЕРИ ФИНК
Вброд по воде
Бог возмутит эти воды
РАСПЛАТА
БАТОН-РУЖ
11 МЕСЯЦЕВ ПОСЛЕ УРАГАНА КАТРИНА
18 ИЮЛЯ 2006
Добрый день, дамы и господа.
Мемориал – это больница в городе Новый Орлеан.
Это крупная больница с долгой историей.
Кроме того, в том же здании располагается небольшой санаторий.
Дом престарелых.
Там лежали пациенты в тяжелом состояни,
впоследствии убитые при помощи смертельной инъекции.
Доктор Анна Поу и две медсестры, Шери Лэндри и Лори Будо,
были арестованы по обвинениям в убийстве первой и второй степени.
Пациентам были введены морфий и "маздолом".
Мидазолам.
Мидазолам, также известный как Версед.
Любой наркотик может убить, но, смешав их, вы получаете смертельный коктейль.
Возможно, медицинские работники возомнили себя Богом.
Им было поручено заботиться о безопасности людей, которым нужна помощь.
Это не эвтаназия. Это самое обычное убийство.
Дело передается в офис окружного прокурора округа Орлеан Эдди Джордана,
который решит, добиваться ли обвинения в убийстве от большого жюри.
Спасибо.
Последствия урагана Катрина...
СМЕРТЬ В БОЛЬНИЦЕ
Врачу и двум медсестрам предъявлено обвинение...
...обвинение в убийстве четырех человек в медицинском центре Мемориал...
Как может прокуратура преследовать врачей и медсестер,
которые трудились во время катастрофы?
Трое выдающихся медицинских работников арестованы,
чтобы прокурор выступил на пресс-конференции
и поднял себе рейтинг.
Значит, ваша клиентка невиновна? - Да. Конечно. Абсолютно.
Состав преступления отсутствует.
Вот письменные показания.
Это клочок бумаги с обвинениями, и у него есть две стороны, как у любого листа.
Здесь нет мотива, и здесь нет убийства.
Что мне делать, Винс?
Как выйти на улицу? Что обо мне подумают?
Что подумают?
Подумают, что тебя ложно обвиняют, и так оно и есть.
Да, слушаю.
Нет, ее сейчас нет.
Простите?
Совершенно неважно, кто я такой.
Нет, не могу.
Знаешь что? Я сейчас отключу эту дрянь.
Там до сих пор шастают то ли шестеро, то ли семеро.
Да ладно. - Невероятно.
Я вынуждена сдать свой паспорт,
а к четвергу нужен залог в 100 000 долларов,
иначе меня снова посадят в тюрьму.
Я просто не могу в это поверить.
Выключен. Они нашли твой?
Слушаю. - Винс, это Дэн Насс. Как дела?
Привет, Дэн. Мы делаем всё, что в наших силах.
Я пытался дозвониться до Анны.
Да. Сейчас. Ты... погоди минутку.
Привет, Дэн.
Анна, мне так жаль.
Что происходит, с чем ты столкнулась, это ужасно.
Но все на твоей стороне, спрашивают, что можно сделать.
Это обнадеживает.
Есть предложение. Я хочу создать для тебя защитный фонд.
Нет, Дэн, не стоит.
Очень даже стоит. Зачем отрицать? Тебе понадобятся деньги.
А люди хотят помочь.
Ты такой заботливый.
Да брось.
Какие-то недовольные люди выдвигают нелепые обвинения.
А потом внезапно всё это превращается в абсурдную национальную сенсацию?
Как я уже сказал, это ужасно.
Не представляешь, как я благодарна за этот звонок и поддержку.
Ну что ты... Мы тут все за тебя.
Что ж, началось.
Мы вкалываем, а Фоти только путает названия.
Да. Теперь главное, что решит окружной прокурор.
Что ты о нём знаешь?
Не знаю, что Эдди Джордан думает об этом деле.
Супер.
Надо, чтобы это дело было максимально неоспоримым.
Любой прокурор захочет узнать мнение экспертов об этих смертях.
Так что сосредоточимся на судебных доказательствах.
ОФИС КОРОНЕРА
Я обещал вам награду за вашу консультацию.
Нас всех ждет столик в «Галатуаре».
Посмотрим, что интересного выйдет.
Патологоанатомы ходят по барам.
Лучше и не придумаешь.
Бутч, а окружной прокурор придет или нет?
Эдди Джордан знает о встрече.
Тогда давайте начнем. Пускай догоняет.
Роберт, может, начнешь?
Ладно. Моя лаборатория изучила 41 образец тканей.
Двадцать три показали наличие морфия или мидазолама, или обоих.
Ясно, а что по поводу концентрации?
Здесь концентрация, по-моему, слишком высокая.
Торчит, как бельмо на глазу.
А учитывая состояние тел, результаты всё же верны?
Абсолютно. Да, верны.
Хорошо. Давайте пройдемся по всем пациентам.
Элис Хацлер, 90 лет, лежала в доме престарелых с пневмонией.
В среду вечером у нее не отмечено жалоб,
указывающих на необходимость этих препаратов.
А в четверг днем она была мертва.
Морфий и мидазолам найдены в печени, мозге и мышечной ткани.
Они не назначались.
Теперь, глядя на эти результаты,
скажи мне, Майкл, согласен ли ты, что это убийство.
Согласен.
Роза Савуа.
Препараты присутствуют, медицинской необходимости нет. Убийство.
Согласен. - Уилда Макманус.
Убийство.
Эммет Эверетт.
Этот пациент явно был в сознании и всё понимал.
Препараты не назначены.
Убийство. - Согласен.
УБИЙСТВО
Простите за опоздание.
А вы кто?
Помощник окружного прокурора, Майкл Моралес. А вы?
Бутч Шейфер. Это Вирджиния Райдер. Мы от генпрокурора.
Где Эдди Джордан?
Я вместо него.
У него есть дела поважнее, чем расследовать 20 убийств?
Я – главный обвинитель по этому делу.
Хотите высказаться? Прошу.
Мистер Моралес, можно вас на минутку?
Мистер Моралес, согласитесь,
токсикологические заключения имеют решающее значение.
Само собой. - Здесь городской коронер,
два внешних эксперта по судебной патологии
и директор лучшей лаборатории.
Все прилетели, чтобы изучить улики.
Эдди Джордан должен быть здесь.
Генеральный прокурор знал, что мы будем вести это дело,
но решил нас не привлекать.
Но это всё равно наше дело, и мы сами решим, как его вести.
То есть дело не заслуживает внимания? - Любая смерть заслуживает внимания.
Но я бы не назвал это типичными убийствами.
Слушайте,
я был прокурором, как вы, 27 лет.
И могу сказать, что мы создали вам отличное дело. Очень весомое.
И именно мне решать, так это или нет.
Давайте вернемся.
Кажется, помощник окружного прокурора Моралес не горит энтузиазмом.
Думаешь?
Кто-то еще разговаривает со следователями?
Только в суде или с адвокатом Тенет.
Надеюсь, никто больше не скажет им ни слова.
Могу я поинтересоваться?
Почему сотрудникам не стоит говорить со следователями?
Они ничего не нарушили, так о чём беспокоиться?
Ты правда так наивен, Хорас?
Просто интересно, почему никто не хочет признавать, что были допущены ошибки.
Могу я задать тебе вопрос? - Прошу.
Выбирая между тем, чтобы облегчить муки пациента,
приблизив его смерть,
или бросить пациента медленно и мучительно умирать,
что бы ты предпочел?
Не думаю, что был такой выбор.
Можно облегчать муки, не убивая людей. И никто никого не бросал.
Дело в том, что когда врачей ставят в безвыходное положение,
и они вынуждены выбирать, кому оказывать помощь, а кому нет,
правильных ответов быть не может.
Только ужасный выбор.
Всё было совсем не так.
Неужто? А где были памятки? Где аварийные протоколы?
Кто-нибудь где-нибудь прописал правила, по которым мы должны были действовать?
Юинг, может быть, нам стоит просто сесть всем вместе
и разобраться, что пошло не так, чтобы извлечь уроки на будущее.
Пойду я, попробую раков.
Да, я тоже.
После урагана Катрина
стадион Супердоум стал символом потери.
Теперь он становится синонимом надежды и восстановления.
Здесь ведутся масштабные ремонтные работы.
Строители трудятся семь дней в неделю, ремонтируя то, что было сломано.
12 МЕСЯЦЕВ ПОСЛЕ УРАГАНА КАТРИНА
14 АВГУСТА 2006
Нас попросили свернуть расследование.
Что? Ты серьезно?
Моралес... составил письмо от Эдди Джордана генеральному прокурору,
сказал, что мы им больше не нужны,
и что дальнейшая работа бесполезна.
«Бесполезна?»
У нас 50 000 страниц документальных свидетельств.
Они запросили сводку.
Сводку 50 000 листов?
Ладно, и что мы ответим?
Наверное, составим сводку,
а потом вывалим все 50 000 страниц.
Чёрт...
Керри Эверетт в нашей беседе
сразу дала понять, что ее муж, Эммет,
не был при смерти, когда на город обрушился ураган.
Миссис Эверетт, ваш муж умирал,
когда налетел ураган? - Нет.
Или его просто не хотели перевозить? - Давайте честно.
Это седьмой этаж.
Мужчина, 170 килограммов, парализованный. Вы правда рискнете здоровьем,
спуская его через семь лестничных пролетов?
Думаете, его могли убить из-за его веса?
Да, я абсолютно в этом уверена.
Что ж, неплохо.
Громкие судебные иски против Тенет и Мемориал.
Кто уже подал иск?
По-моему, семьи Эммета Эверетта, Элис Хацлер,
Розы Савуа и Холлис Элфорд.
Думаете, это было убийство? - Да. Это было убийство.
Наш корреспондент...
Родственники раздают интервью и готовят иски.
Они рисуют довольно неприглядную картинку.
Но они говорят неправду.
Да, знаю, но родственники давят на эмоции.
Надо придумать достойный ответ.
Какой?
Выступите в «60 минут».
Они же вас звали.
Вы получите шанс рассказать свою версию случившегося.
«60 минут»?
Вы сильная, вы справитесь.
Они уничтожат меня.
Или весь мир, наконец-то, посмотрит на вас моими глазами.
Подумайте.
Они ведь могут исказить мои слова.
Ты невиновна.
Им надо лучше узнать тебя.
Понять тебя.
Увидеть, что ты заботливый человек, который не сделал ничего плохого.
Так, ребята...
Нынешним летом генпрокурор Луизианы шокировал город,
заявив, что четверо пациентов больницы Мемориал
скончались не из-за болезней или невыносимых условий.
Сегодня мы впервые услышим версию обвиняемой.
Признаться, я глубоко потрясена,
что мне пришлось приехать сюда, к вам, чтобы выступить
по телевидению.
Я хочу, чтобы люди знали, что я не убийца.
Вы прошли путь от уважаемого врача
до преступника, нарушившего закон. Как это на вас повлияло?
Это полностью меня уничтожило.
Поскольку всю жизнь я старалась творить добро.
И всю жизнь... - Очень убедительно.
...я отдавала все силы... - Да.
...заботе о своих пациентах.
Но люди погибли.
Да, погибли.
Из-за болезней или внешних условий?
Вы должны понимать, что в больнице было много тяжелых пациентов.
Добавьте к этому жару,
к тому же, мы были лишены привычного оборудования,
так что люди умирали из-за ужасных условий,
выносить которые у них не было сил.
Господи. - Трупов всё прибавлялось.
Часовня превратилась в морг.
Затем стали слышны выстрелы.
Было страшно, что мародеры вломятся в больницу.
Вас посещала мысль, что вас уже не спасут?
Вы не знаете меня и не знаете, что я выдержу.
Надежду не терял никто.
Я тоже продолжала верить, ведь я –
онколог, и даю надежду пациентам.
Я и есть надежда.
Вы заявляете, что не способны на убийство из милосердия.
Знаете, я не верю в эвтаназию.
Никто не вправе принимать решение, когда пациенту умирать.
Однако я верю в заботу о пациентах.
Мы должны сделать всё, чтобы им не было больно.
И моя задача, как я и сказала – это облегчить их боль.
Как самой доктору Поу, так и медсестрам
грозит пожизненное тюремное заключение
и лишение права когда-либо заниматься медициной.
Именно это...
ранит меня сильнее всего на свете.
Я предана своему делу, я люблю лечить людей.
Правда, люблю. Это лучшее, что есть в моей жизни.
И тот факт, что...
я могу лишиться возможности заниматься любимым делом,
возможности сделать много хорошего,
невыразимо, безумно меня угнетает.
Вот тебе новость – мы получили отчеты о вскрытии.
Постой, дай хотя бы кофе выпить.
Перебьешься. - Ладно.
Баден и Век подтвердили сказанное у Миньярда.
Отчет Бадена: «Девять смертей вызваны передозировкой лекарствами».
Век пришел к выводу, что 20 смертей вызваны лекарствами.
Еще отчет от доктора Фрэнка Брешиа:
«Девять случаев убийства».
Доктор Джеймс Янг, президент Американской академии судебной медицины:
«На всех пациентах сказались неблагоприятные условия,
но смерть каждого из них
в трехчасовой промежуток от передозировки лекарств – не совпадение».
Неопровержимо.
Ну, не знаю... Нет ничего неопровержимого.
Они оспорят условия хранения тел
и заявления Фоти о летальности доз...
Четыре ведущих медэксперта утверждают, что это убийства.
Ну...
Да что тебе еще надо, Бутч?
А при чём тут я?
Что? Считаю ли я, что это убийства? Да конечно, считаю!
Но я пытаюсь объяснить, что этих улик будет недостаточно.
Из-за интервью Поу по телику? - Да! Она отлично держалась!
Телешоу ничего не решает! - Думаешь?
Нет. - Ладно.
Все горожане захотят узнать,
за что Анне Поу, герою-врачу, грозит тюрьма?
Почему только она одна должна стать козлом отпущения?
Никого не арестовали. Никого из руководства.
Ни из Тенет, ни из дома престарелых.
А как же чиновники? Почему не посадили губернатора или мэра?
Они же главные, эти люди за всё отвечали!
Вот с чем мы столкнемся.
Слушай, прости, я тут...
Я просто пытаюсь быть реалистом, чтобы понять, как дать делу ход.
И что нам делать?
Давай пока отправим все эти улики Моралесу,
перевязав красной ленточкой.
Ладно.
Поздравляю, Анна. Вы были великолепны. Лучше и быть не могло.
Я надеюсь. - Не сомневайтесь!
Я на связи с медсообществом.
Столько заявлений в вашу поддержку!
Вот, послушайте. От Медицинского общества штата Луизиана.
«Мы уверены, что доктор Поу проявила мужество
в сложнейших и труднейших условиях
и принимала решения в интересах своих пациентов».
Вас поддерживает всё медсообщество.
Это обнадеживает.
Мне звонил Фрэнк Миньярд, коронер округа.
Он видел интервью и хочет поговорить.
Зачем мне это делать?
Вам пойдет на пользу, уверяю.
И как это мы еще не встречались?
Я знал вашего отца. И довольно часто бывал у вас дома.
Вообще-то, нас было 11 ребятишек.
Может, я мимо пробегала, или меня на вас как-то вырвало.
Вполне возможно.
Ваш отец был чудесным человеком.
Прекрасным врачом. - Да.
И любезно направлял ко мне пациентов,
когда я начинал свою акушерскую практику.
Из-за него я стала врачом.
Как вы держитесь?
Если честно, мне было непросто.
Ох, я не сомневаюсь.
Я могу представить, как это было.
Чтобы добраться до офиса во время урагана,
я шел вброд, плыл, ловил попутную лодку.
Боже мой.
Я сидел там четыре дня.
Не было ничего ценнее воды и еды!
Да.
А еще я не мог спать из-за стрельбы. - Мы тоже слышали.
Тем, кого тут не было, нас просто не понять.
Нет, не понять.
Нет.
Моя работа – не просто осматривать тела, это любой дурак может.
Я пытаюсь разобраться, что там произошло.
Пытаюсь понять всех участников, встретиться с ними, если можно.
Тяжело наблюдать, как осуждают наш город.
Не то слово.
Я видел 650 тел погибших от урагана.
Шестьсот пятьдесят, и это лишь в Новом Орлеане.
Непостижимо.
Слава Богу, меня не было в той больнице,
и не мне пришлось принимать такие решения.
Да благословит вас Господь.
Спасибо, спасибо.
Это были Green Day на радио Батон-Руж,
где играет лучшая музыка.
А теперь – к местным новостям.
Коронер Нового Орлеана Фрэнк Миньярд утверждает,
что не нашел доказательств убийства
при осмотре 45 трупов, обнаруженных
в прошлом году в медицинском центре Мемориал после урагана...
Алло? - Слышал, что заявил Миньярд?
Да, только что.
Что значит – нет доказательств?
Я же говорил, у него будет свое мнение.
Чушь собачья! - А ты где?
Еду в Новый Орлеан.
Нет, Вирджиния, нет...
Зараза!
Извините! Эй! Вам туда нельзя!
ПРИЗНАКОВ УБИЙСТВА НЕ НАЙДЕНО
Как вы могли? Что это значит?
Доктора Поу поддержали все, кто только мог.
Публичное обвинение в убийстве не просто спровоцировало бы скандал.
Оно могло бы уничтожить наш город.
Что будет с городом, когда выяснится, что вы скрыли правду?
Скажите, мисс Райдер,
что произойдет в следующий ураган? Или после него?
Новый ураган не за горами.
Что случится, если в больницах будет нехватка сотрудников?
Ни врачей, ни медсестер?
Они боятся, что из-за ошибки в экстренной ситуации
их объявят преступниками. Что тогда станет с городом?
То есть врачи готовы угрожать жителям города?
Готовы уйти с работы? Кстати, это решать не вам.
Простите, но я не согласен.
Тридцать один год я делал так, как лучше для города, делал свою работу.
Нет, ваша работа – настоящая работа –
судить, полагаясь на научные факты, на доказательства.
Делайте свою работу.
Делайте, что должны.
Издалека он выглядит как обычный город,
но вернувшись в Новый Орлеан сейчас, вы осознаете масштаб предательства.
Президент обещал масштабную программу восстановления,
но если заглянуть в самые бедные районы,
никакой помощью от государства там и не пахнет.
Девятый округ, как и другие бедные,
населенные чернокожими, районы,
в прямом смысле брошен гнить.
Невероятно, как мало людей здесь осталось.
Вопросы о будущем задавать практически некому.
Нижний Девятый округ лишился 10 000 жителей,
сейчас здесь осталось около 7% от всего населения.
Это несправедливо. Очень несправедливо.
Не знаю, надолго ли меня еще хватит. Может, надо собирать вещи и валить.
О! Мы что, сегодня гуляем за твой счет?
Спасибо, что пришел.
Что случилось?
Бутч...
Я так больше не могу.
Я понимаю, что здесь происходит. Я не идиотка.
Но я не понимаю, как так можно игнорировать факты. В общем...
Я больше этого не вынесу.
Я погорячился. У нас шикарное дело.
Нет. Нет, ты был прав.
Дело здесь не только в наборе фактов,
и я должна это признать.
Я тебя не послушала.
Но теперь я вижу, к чему всё идет, и ради себя самой должна уйти.
Нет, Вирджиния. - Нет, я – не ты.
Просто...
Мне сложно не принимать всё это близко к сердцу.
И меня просто разрывает.
Я обожала работать с тобой, Бутч.
Но с меня хватит.
Могу я с тобой поспорить? - Лучше не надо.
Это тяжело.
Мы славно сработались.
18 МЕСЯЦЕВ ПОСЛЕ УРАГАНА КАТРИНА
20 ФЕВРАЛЯ 2007
КОРОНЕР ФРЭНК МИНЬЯРД
Сэр, они почти готовы.
Спасибо, милая.
Благодарю вас всех, что пришли сегодня.
Я хочу сделать уточнение к предыдущему заявлению.
Когда я сказал, что не нашел доказательств убийства
в ходе расследования событий в Мемориал,
я вовсе не подразумевал,
что пациенты этой больницы не были убиты.
Это еще предстоит установить, для чего будет проведено расследование,
а я выступлю с докладом перед специальным большим жюри.
Спасибо.
ПРЕСС-КОНФЕРЕНЦИЯ КОРОНЕРА МИНЬЯРДА
Как он может говорить одно, а потом совершенно другое?
Не знаю.
Миньярд не исключил версию убийства...
Пойду поработаю.
Зайка, может, тебе стоит хоть немного расслабиться?
И что мне делать? Беспокоиться о том, на что я не могу повлиять?
Нет, а как тебе такое? Съездим куда-нибудь, а?
Давай. Только вдвоем. Съездим во Флориду.
Чтобы меня сфотографировали отдыхающей где-то на пляже?
Винс, я знаю, ты хочешь как лучше, но я не такая.
Я... Ты же знаешь.
Мне надо чем-то заняться, чтобы не сойти с ума.
Прошу садиться.
Доброе утро. - Доброе утро.
Дамы и господа, вы были выбраны
в качестве членов специального большого жюри округа Орлеан.
Вы изучите улики,
потом окружная прокуратура разъяснит вам порядок вынесения вердикта.
Это не совсем суд.
Вы не услышите бурной аргументации с обеих сторон.
Вместо этого окружная прокуратура ознакомит вас
с информацией, собранной конкретно по этому делу.
Мы с ними проведем инструктаж, и вы предъявите обвинение.
Вы должны держать в тайне всё, что здесь происходит. Это понятно?
Да, ваша честь.
Тогда ваша служба началась.
Мы можем только ждать, пока они примут решение.
Что происходит за теми дверями, держится в полной тайне. Всё-всё.
Попросите меня назвать самую изощренную пытку на всём свете...
Это она.
Да.
Неважно, каков будет вердикт, но этот суд меня погубит, Рик.
Что же мне делать?
Итак, народ.
Это Майя.
Ей 49 лет, и у нее рецидивирующая карцинома глотки.
Мы с вами немного над ней поработаем,
поэтому прошу всех полностью сосредоточиться.
Хорошо.
Сделаем для нее всё, что в наших силах, с Божьей помощью.
Аминь.
Доктор Поу, вы были просто великолепны.
Мы все отлично сработали.
Док, я хотела сказать, что внесла свой вклад в ваш фонд.
Моника...
Спасибо.
Я хочу быть такой, как вы.
И я молюсь за вас.
Спасибо. Да, и я за себя молюсь.
23 МЕСЯЦА ПОСЛЕ УРАГАНА КАТРИНА
24 ИЮЛЯ 2007
Дамы и господа, добро пожаловать.
ЧЕЛОВЕЧЕСКИЕ ЗАКОНЫ ПОДЧИНЕНЫ БОЖЕСТВЕННОМУ
Майкл Моралес от имени штата Луизиана.
Большое жюри присяжных вынесло решение, ваша честь.
В деле Анны Поу
вы рассмотрели обвинительный акт из десяти пунктов.
Одно обвинение в убийстве второй степени
и девять обвинений в сговоре с целью совершения убийства.
Что скажете?
По каждому из десяти пунктов обвинения: «Нет состава преступления».
Всё правильно?
Да, ваша честь.
Очень хорошо. Это дело и ваша служба закончены.
Новости по спорному уголовному делу.
Большое жюри в Новом Орлеане не предъявит обвинения
хирургу, подозреваемой в убийстве пациентов.
Большое жюри присяжных решило не выдвигать против нее обвинений.
Анна.
Не предъявили.
Ни по одному обвинению.
Боже мой. Господи, спасибо. - Что? Ничего?
Господи, спасибо. - Ничего? О...
Нет.
Мистер Джордан.
Что вы думаете о решении большого жюри?
Я согласен с большим жюри.
Можете прокомментировать?
Возьмите материалы.
Как вы можете видеть, судебные эксперты со всей страны
пришли к выводу, что смерти, имевшие место в медцентре Мемориал,
являются убийствами.
Сэр, если это так, то почему не предъявили обвинение?
Потому что жюри не общалось напрямую с экспертами.
Почему же?
Об этом лучше спросить окружного прокурора.
Справедливо ли судить доктора Поу за ее решения,
учитывая ужасные условия, в которых были люди?
Я считаю, что никакие условия
не могут оправдать лишение человека жизни.
Какова ценность жизни человека?
Какие условия могут оправдать лишение человека жизни?
Вот вопросы, которые здесь затронуты.
Так что нет.
Я ни при каких обстоятельствах не признаю,
что большое жюри приняло правильное решение.
Бутч?
Всё хорошо?
Да, да, нормально.
Я знаю, ты не любишь обсуждать дела, но...
Мне жаль, что всё пошло не так.
Та больница... не была полем боя,
где рвутся снаряды. Это было убежище.
Там была еда, вода и спасательные лодки.
Разве люди не предпочли бы рискнуть, чтобы их отнесли вниз...
или как-то спустили из окна, вместо того, чтобы сдаться?
Почему их даже не попробовали спасти?
Если ты врач, значит, можешь решать, кому жить, а кому нет?
Можешь вкатить людям
коктейль из морфия и верседа,
потому что ты так решила?
И просто игнорировать тот факт,
что... что другие врачи эвакуировали людей,
в то время как вы «избавляли от страданий?»
Эти бедняги...
Эти люди понятия не имели, что с ними делают.
Они не могли себя защитить.
Это... Это больно, Лин. Лин, это так больно.
Я знаю.
Я хотела вернуть вам это.
Неважно мы справились с этой работой.
Вы не виноваты.
Доктор Поу и все эти власть имущие, сплотившиесся за ней.
Эммет... Он был моим парнем еще в школе.
Я встретила его, когда искала пару на выпускной бал.
Он был братом моей подруги, и я видела, он сидел на крыльце.
И сказала подруге:
«Спроси брата, пойдет ли он со мной на выпускной».
И он пошел.
Эммет.
Он всё повторял: «Я на тебе женюсь».
А я ему: «Чувак, ты последний, за кого бы я вышла».
Дурила голову.
Он был самым любящим и заботливым мужчиной на свете.
Жаль, я его не знала.
Хорошо, что у убийства нет срока давности.
Я так долго ждала справедливости. Подожду еще немного.
Вы только гляньте. Призрак прошедшего Рождества.
О, да. Преследую тебя.
Я заехала забрать вещи.
А ты что, свое место сторожишь?
Да, решил устроить перекур.
Похоже, уйти было верным решением?
Но легче всё равно не стало.
Прости мой французский, но что за херь случилась?
Представь, они даже не вызвали Кристи Джонсон.
Что?
Не вызвали свидетеля убийства?
И, похоже, ни один внешний судебный эксперт не давал показаний.
О чём они думали?
Очень хороший вопрос.
Но протоколы специального большого жюри засекречены, и мы никогда не узнаем.
Думаю, мы облажались, просто арестовав Поу.
Эта... река доказательств текла себе, и, последуй мы за ней,
привела бы к Поу.
К образцовому во всех отношениях врачу. Или не во всех.
Забудь.
Я рада встрече, Бутч.
Я тоже.
Береги себя, Вирджиния.
Пока.
ГОД СПУСТЯ
Дамы и господа...
ГОТОВНОСТЬ К СТИХИЙНЫМ БЕДСТВИЯМ В ЗДРАВООХРАНЕНИИ
Для меня большая честь
представить вам нашу почетную гостью, доктора Анну Поу.
Да!
Спасибо. Большое спасибо.
Спасибо. Я постараюсь сильно вас не утомлять.
Никто из присутствующих здесь
никогда не забудет, что случилось во время Катрины.
У каждого из нас есть своя история.
То, что случилось со мной в больнице Мемориал,
сложно описать.
Жара, смрад, отсутствие электричества,
хаос, в котором мы пытались эвакуировать пациентов.
Но в среду... эвакуация встала. Остановилась.
Мы не знаем, почему. Нам никто не объяснил.
А в четверг
нам сказали, что все должны покинуть больницу к пяти.
И через пять бессонных суток Агентство по ЧС звонит и заявляет:
«После обеда мы забираем все лодки,
так что к этому времени вы должны вывезти всех, кого можно,
потому что внутри оставаться нельзя».
Береговая охрана прислала вертолеты,
но они прибыли только в четверг днем.
Есть один момент, которого я не знала.
Береговая охрана не летает по ночам.
Нам не дали той поддержки, в которой мы нуждались для эвакуации людей.
Наоборот.
Мы были предоставлены сами себе.
Местные, государственные и федеральные власти бросили нас на произвол судьбы.
Они нас бросили.
Просто бросили.
Я – обычный врач.
Забота о людях. Вроде легко. Вроде классно.
Но на практике это не всегда так.
Я уверена, что каждый из сотрудников нашей больницы
все эти пять дней заботился о людях.
Никого не бросили. Ни о ком не позабыли.
И ко всем относились с уважением.
Хотя моя жизнь изменилась 17 июля 2006 года, в день моего ареста,
я не смотрю на эту ситуацию с горечью,
поскольку Бог – это нечто невероятное.
Он послал мне так много людей в поддержку. Правда.
Послал мне друзей,
мою семью, пациентов,
медсестер, моих коллег-врачей.
Я вижу, многие из вас сейчас находятся в этом зале.
Если бы не вы, меня бы здесь не было.
Знаете, мужество и сила, которые вы дали мне,
это действительно божий дар.
Ваша любовь и величие Бога
поднимали меня с постели по утрам.
Я самый счастливый человек в мире, потому что у меня есть ваша поддержка.
И я вам благодарна.
Да!
Большое вам спасибо от всего сердца. Спасибо.
Спасибо. Спасибо.
Хорас. - Привет, Анна.
Я так рада, что вы здесь. - Как Винс?
Хорошо. А где он?
О, он... Вон он, танцует.
О, да.
Наконец-то вырвался на свободу.
Могу себе представить.
Как не со мной, Хорас.
Будто не со мной.
Других слов я просто не могу подобрать.
Анна, Агентство по ЧС не забирало у нас лодки.
На них приплывали добровольцы.
И они не могли позвонить нам и сообщить об этом,
потому что телефоны не работали.
Тебе известно, что вертолеты береговой охраны летали ночью.
У них очки ночного видения.
Они летали по всему городу.
Нельзя сказать, что береговая охрана не пыталась спасти людей.
Хорас. Они не летали ночью.
Спроси Винса. Он пилот.
Анна, я тоже был в Мемориал.
То, что у тебя какие-то свои воспоминания, не значит, что это правда.
Боже.
Добра тебе.
МЕДИЦИНСКИЙ ЦЕНТР МЕМОРИАЛ ТЕНЕТ, ЛУИЗИАНА
МЕМОРИАЛ
ДОКТОР АННА ПОУ ПРОДОЛЖАЕТ ЗАНИМАТЬСЯ МЕДИЦИНОЙ
В НОВОМ ОРЛЕАНЕ.
ДОКТОР ПОУ С АДВОКАТОМ ПОМОГЛИ СОСТАВИТЬ ТРИ ЗАКОНОПРОЕКТА,
КОТОРЫЕ В СЛУЧАЕ СТИХИЙНЫХ БЕДСТВИЙ
ЗАЩИЩАЮТ МЕДИЦИНСКИХ РАБОТНИКОВ ОТ БОЛЬШИНСТВА СУДЕБНЫХ ИСКОВ
ОНИ БЫЛИ ПРИНЯТЫ ЕДИНОГЛАСНО.
ГРАЖДАНСКИЕ ИСКИ, ПОДАННЫЕ ПРОТИВ ДОКТОРА ПОУ И ДРУГИХ ВРАЧЕЙ
ТРЕМЯ СЕМЬЯМИ, ВКЛЮЧАЯ ЭВЕРЕТТОВ, БЫЛИ УРЕГУЛИРОВАНЫ.
СЕМЬИ СОГЛАСИЛИСЬ ХРАНИТЬ МОЛЧАНИЕ
ОБ УСЛОВИЯХ УРЕГУЛИРОВАНИЯ.
НИКОМУ ИЗ МЕМОРИАЛ НЕ БЫЛИ ПРЕДЪЯВЛЕНЫ ОБВИНЕНИЯ
В СЛУЧИВШЕМСЯ ПОСЛЕ УРАГАНА КАТРИНА.
В 2006 ГОДУ КОРПУС ИНЖЕНЕРОВ АРМИИ США ПРИЗНАЛ,
ЧТО К НАВОДНЕНИЯМ ПОСЛЕ УРАГАНА КАТРИНА
ПРИВЕЛИ ОШИБКИ В ПРОЕКТИРОВАНИИ И СТРОИТЕЛЬСТВЕ.
В 2018 ГОДУ КОРПУС ИНЖЕНЕРОВ АРМИИ США
ЗАВЕРШИЛ СТРОИТЕЛЬСТВО НОВОЙ СЕТИ ДАМБ ВОКРУГ НОВОГО ОРЛЕАНА
ОБЩЕЙ СТОИМОСТЬЮ 14 МИЛЛИАРДОВ ДОЛЛАРОВ.
ИЗ-ЗА ПОВЫШЕНИЯ УРОВНЯ МОРЯ И НЕУСТОЙЧИВОЙ ПОЧВЫ
СИСТЕМЕ МОЖЕТ ПОНАДОБИТЬСЯ РЕНОВАЦИЯ УЖЕ В 2023 ГОДУ.
ВОПРОС О ТОМ, КАК РАССТАВЛЯТЬ ПРИОРИТЕТЫ
ПРИ ОКАЗАНИИ МЕДИЦИНСКИХ УСЛУГ В ЧРЕЗВЫЧАЙНЫХ СИТУАЦИЯХ,
ОСТАЕТСЯ НЕРЕШЕННЫМ.
ПОСВЯЩАЕТСЯ ВСЕМ ПОСТРАДАВШИМ ОТ УРАГАНА КАТРИНА
И ПОСЛЕДОВАВШИХ ЗА НИМ СОБЫТИЙ.
И НЕРУШИМОЙ СТОЙКОСТИ НОВОГО ОРЛЕАНА.
Перевод субтитров – Юлия Коваленко