Я НЕ ХОЧУ С ТОБОЙ ГОВОРИТЬ
ЧЕРНАЯ ПТИЦА
ОСНОВАНО НА РЕАЛЬНЫХ СОБЫТИЯХ
Класс!
Мой отец говорил, что хочет, чтобы я становился лучше.
Люблю тебя.
Но я по глазам видел, что это не так.
Чтобы стал лучше.
- Нет. - Попался!
Молодец! Отличный перехват.
Молодчина!
Гремлин.
Знаешь, о чём никогда не говорят?
Что любовью всей жизни может стать...
твой ребёнок.
Вы угрожаете душевному здоровью кого-то из пациентов?
Вы угрожаете? Вы угрожаете? Вы угрожаете?
Привет. Куда ты направляешься?
Собираюсь домой.
Нет, ты обещала.
Я ничего не обещала.
Обещала.
Правда.
Обещала.
Эй, Джеймс.
Что?
Джеймс.
Эй, Джеймс.
Джеймс.
Тебе что-то приснилось.
Я что-нибудь говорил?
Нет. Я почему-то подумал, что кошмары у тебя
из-за моих вчерашних баек.
Баек?
Ну, так и есть.
Я всё выдумываю.
Ты врёшь друзьям?
А?
Что? Нет. Нет.
Ты сказал, что соврал мне.
И либо ты врёшь своим друзьям,
либо врёшь тем, кто тебе не друг.
И при любом раскладе, мне моя роль не нравится.
Всё не так.
А как?
Ладно...
Так, смотри. Я...
Расслабься, Ларри. Я не удивлён.
Что ты хочешь сказать?
Наверное, если б я подумал, я бы понял, что ты врёшь.
Это не ложь, это рассказы. Я же не лжец, а рассказчик.
Так, не важно.
Были нестыковки, а дьявол в деталях.
Ладно. В каких «деталях»?
- Ты же с детства копал могилы? - Да.
Но только ты не выкопал её для Джессики Роуч.
Да? Так я понял, что ты врёшь.
Ты должен знать, что могилы нужно копать
в подходящем грунте.
Да, да, да.
Его трудно найти в темноте.
Конечно.
А ещё, рядом с фургоном припарковался человек.
Да, точно! Вечно он лезет!
Я хотел вернуться.
Но у меня не хватило времени.
Ларри. Всё фигня.
- Не фигня. - Ерунда!
Здесь все рассказывают байки. Я всем говорю, что играл за универ...
Не фигня!
Я...
Я говорю правду.
Ты сказал, что это байка.
Тут я соврал.
Ах, вот как?
Да.
Это правда, Джеймс.
Ты не убийца, старик.
Убийца.
Я видел глаза убийц.
У тебя они не такие.
А какие у меня?
Фантазёра.
- Приходи ко мне в мастерскую. - Зачем?
Покажу тебе, какие у меня глаза.
Жрите, гниды.
Заткнулись нахрен!
Ты мог потребовать защиты.
Может, ты откроешь, Джим?
Можно я войду?
Лучше я сам выйду.
Где твой дружок?
Это на него ты должен стучать?
Так я тебя поддержал бы.
Детоубийца? Издеваешься, Джим? Я бы тебя прикрыл. Лично.
- Да? - Стал бы твоим союзником.
Ну, а что взамен?
Ничего.
Правда.
Это то, что важнее, чем мы.
Мы здесь все считаем, что этот тип должен получить своё.
Так на кого мы с тобой работаем?
В смысле, на кого я работаю?
Да, но мы же теперь вместе.
И-и, возможно, если я справлюсь, это будет как собеседование.
Я смогу пойти работать к маршалам.
Ну, если бы я работал на них, то да.
Так под кем ты ходишь?
Знаете что, мистер Картер?
Что?
Отзовите псов на неделю...
А зачем мне это, Джим?
- Затем, что можете. - А ты тогда что?
- Скажу, на кого работаю. - Так скажи.
Через неделю. Если ещё буду жив.
Так не... Так не...
Так у нас ничего не получится, Джим.
Значит, вы не можете их отозвать.
А меня ты куда денешь?
Со звонками вы мне нагадили.
И клеймо стукача уже повесили.
Что ещё вы можете?
- Тебе не надо это знать. - Нет.
Надо.
Ну ладно.
Хорошего дня.
Запомни его.
- Я висел на телефоне. - Да.
И ждал целых три часа.
Три ча...
Я уже не понимаю, это... это, это, это завтрак или уже обед.
Это, это обед.
Ооо, а.
Прошу вас.
Мне лишь сказали, чтоб я позвонил завтра, чтобы... чтобы поговорить с типом,
единственным, к-кто объяснит, почему счёт Джимми заморожен.
Ну, знаешь, ты всегда можешь поехать туда,
сесть и смотреть на тюрьму.
Хватит. Не надо.
Всё очень серьёзно.
Ну да. Так что ты будешь?
Ч-чургер.
- Что? - Ну, чиз-бургер.
Ты сказал «чургер».
- Правда? - Да.
Привет, вы уже определились?
Привет. Да. Я буду чай со льдом.
А ты?
Мне кафку чофе и, и, и, и, и чургер.
Э-э-м-м... ну как чиз... О, чёрт.
Вызовите скорую. У него инсульт.
Что?
- Скорую. - Ясно.
Ясно.
Спокойно, спокойно. Тихо, тихо, тихо, тихо.
Господи.
Скорую!
У моего друга нашли рак поджелудочной.
Врач давал ему четыре месяца.
Спустя неделю он поскользнулся на скользких ступенях церкви, что забавно,
и ударился головой.
Умер там же на глазах у жены и ребёнка.
Знаешь, что он сказал тогда,
прежде, чем умереть на ступенях церкви Святого Августина?
«Наша жизнь... всегда полна сюрпризов».
Как ты сюда попал?
Дверь открыта.
Над чем работаешь?
Джеймс.
Я закончил их.
Двадцать одна? Почему?
Я люблю вырезать.
Нет, почему 21?
А не 20 или 24?
Ну, хорошо же? Да?
Жаль, я красить не умею.
Оставлю это Гари.
Гари покрасит их в чёрный.
Они будут чернее самой черноты.
Отправишь их Гари?
Домой, да.
А знаешь, кто они, Джеймс?
Нет.
Проводники мёртвых.
Они хранят их души,
чтобы им было хорошо.
Эти глаза ты хотел показать?
И эти тоже.
Да.
Знаешь, Джеймс.
Когда ты назвал меня лжецом,
меня почти что затошнило.
Ты, видно, думаешь, что я несерьёзно отношусь к тому, что делаю.
Но я, я должен быть осторожен.
Вот что важно. Нельзя быть расслабленным.
Это не как у тебя... с кучей женщин.
Тут не так, нет. Увы и ах,
но ты и по именам, наверно, не всех вспомнишь.
Может, и тела из памяти стёрлись.
Или нет?
Это лишь секс, Ларри.
О, это не просто секс.
Всё всегда сложнее.
Каждый контакт с другим человеком что-то значит.
Мы, мы, это наш долг перед...
пе-перед миром.
Историей.
Иногда это лишь секс.
Нет.
Если б каждый контакт с другими людьми имел
большое значение, мы бы спятили, Ларри.
Нет. Ты меня слушаешь?
Нет, нет, нет, нет.
Закрой свою пасть и слушай меня.
Все мы часть чего-то.
Я тоже. Я часть чего-то.
Когда я сложил её одежду,
это был акт доброты от...
божества.
Чью одежду?
О ком мы говорим?
Триши Райтлер.
Её тогда все искали.
И ещё ищут.
Она села в твой фургон?
С ней было сложно.
Дралась, как мужик!
Я не хотел её резать, Джеймс.
Я не резал её... Если мне и пришлось,
то только для того, чтоб она меня не била, чёрт!
Это не помогло.
Она всё пыталась меня ударить.
Пришлось задушить.
Зарезал и задушил?
Такая мерзкая девчонка.
Я, видно, отключился. Когда очнулся, она лежала рядом,
совсем голая.
Без пульса.
Так вот к сути, Джеймс. Так вот к сути...
Могилу я сделал.
Ты надо мной смеялся,
но я выкопал сотни могил за всю свою жизнь.
Больше, чем у тебя было женщин.
Я, я, я серьёзно. Я, я же выкопал больше, чем ты в...
Восемьдесят?
А я выкопал больше.
Я копал в холод. Я копал в палящий зной.
Я копал под ливнем.
Он превращал землю в кашу.
Уж я-то разбираюсь.
Правда, Джеймс.
И могила Триши была одной из лучших.
И никто её не найдёт.
Но ты знаешь, где она.
Я знаю, где все они.
Каждый человек хочет лишь одного.
Стать заметным.
А я их вижу, Джеймс.
Я их вижу.
И до тех пор, пока я сам живу, в их жизни есть смысл.
В ней есть...
Пять минут, парни.
Ты можешь больше.
Не понимаю.
Ты можешь дать им покой.
Или хотя бы их семьям.
Можешь отдать карту.
Карту?
Да.
Зачем?
Они смогут спать.
Похоронят мёртвых.
Е-если ты дашь им покой,
и дашь их дочерям свой...
Свой, свой...
Если дам сво... своё видение, свидетельство.
То всё будет хорошо.
Всё и так хорошо. Просто прекрасно.
Если... если, если ты дашь им своё... видение,
тогда у родителей будет
знание того, где их девочки.
Они смогут жить.
Джеймс, ты не соображаешь.
В таком случае я уже не выйду.
Ты... ты выйдешь.
Что если кто-нибудь, ну, отправит...
Властям координаты тех мест, ну, анонимно?
Зачем?
Да просто.
Чтобы и-их родные знали. Им так нужно.
Но зачем им это нужно?
Потому что им, наверное, очень больно, Ларри.
Джеймс!
Джеймс, Джеймс. Джеймс.
Ты шутишь надо мной. Ты вечно надо мной
шутишь, ты как Гари.
Господи.
Ты должен дать этим людям покой.
Что ты сказал? Я не понял.
Дай этим людям покой.
Да щас.
Почему?
Потому что, Джеймс, я выиграю апелляцию.
И тогда выйду из этих дверей и буду жить своей жизнью.
Ты не выиграешь апелляцию.
Ни за что... в жизни! Понял?
Джеймс, почему ты...
Ты отсюда не выйдешь.
Ты убиваешь детей, зовущих маму.
Ты безумный, грёбаный монстр!
Бо... Бомонт тебя подослал?
Это он, правда?
- Бомонт подослал! - Охрана!
Бомонт подослал.
Бомонт подослал, верно же?
- Эй! - Ты мразь!
- Скотина! - Успокойся!
Ты мерзкая шлюха!
Тебя подослал Бомонт! Сволочь!
Трахни свою мать!
Я знаю, что ты уже об этом думал!
- Довольно! - Тварь!
Мне нужно поговорить с доктором Зикерманом.
Сегодня же.
Не получится.
Можно позвонить? Это быстро.
Позвонить? Заключённый.
Никаких звонков сегодня не будет.
Я прошу.
Слушай. Я попробую помочь утром, идёт?
Спасибо.
- Нет, нет, мне нужен доктор Зикерман. - Спокойно.
- Дайте доктора Зик... Нет! - Пошли.
Его номер: 6-1-2-5-7-1-1.
Номер: 6-1-2-5-7-1-1.
И всё! Всё, что нужно! Всё!
6-1-2-5-7-1-1.
Нет. Ладно. Дайте поговорить с начальником!
- Отведите меня к начальнику! - Заткнись ты уже!
- Закрой уже пасть! - Нет! Нет! Нет!
Сюда.
Нет! Нет! Нет! нет!
Эй. Эй мне нужен карандаш.
А ещё второе одеяло, вторая подушка, туалетная бумага,
сделай нам всем одолжение и заткнись, заключённый.
Нет, нет, я...
Дайте мне ручку. Карандаш. Да хоть уголь, что-нибудь!
Вернитесь!
Вернитесь, пожалуйста!
Дайте, пожалуйста, карандаш.
Вы можете стоять и смотреть, как...
Жидкости тела, они...
все выполняют разные функции, все до единой.
Ну, вот слюна делает одно, а кровь – другое.
ГАРИ ХОЛЛ УОБАШ, ШТАТ ИНДИАНА
Он целый день это делает?
Когда как.
Столько сжечь надо, да?
Накапливается. Мусор, засохшие цветы.
Хотя, это уже привычка. Он смотрит на огонь и пьёт.
Мы как-то давно встречались.
- Да, я помню. - Да.
И её помню.
Брайан Миллер.
Лорен МакКоли, ФБР. Думала, вы здесь уже не живёте.
Не живу.
Иногда приезжаю помочь.
Вы причёску меняете?
Нет.
Даже не красите?
Нет.
Вам идёт.
Это очень приятно, Гари. Может, поговорим в доме?
Ордер есть?
Значит, дышим воздухом.
Но мы не грубияны.
Спасибо.
На здоровье.
Вы и так его заперли до конца дней.
Он подал апелляцию.
Да.
Но, у вас на него ничего не было, одни домыслы.
Нет, он дал два признания.
«Под давлением», так говорил адвокат.
И суд уже согласился. Вы бы не приехали,
если б не думали, что он выиграет вторую апелляцию.
И он вернётся домой.
Да.
Вернётся к своим делам.
Будет работать, не пропадёт.
Да. Встретит хорошую девушку, женится, заведёт детей.
Эй.
- Что? - Хватит. Не надо.
- Что «не надо»? - Не надо смеяться надо мной и моими.
- Никто над вами не смеётся, Гари. - Вы смеётесь. Несёте хрень.
«О да, у Ларри будет нормальная жизнь, жена и дети».
Вы думаете, что нет?
Ясно. Хотите, чтоб я сказал,
что раз мой брат не способен вести нормальную жизнь,
то он убивает людей?
А это так?
Ларри делал ужасные вещи, да. А вы нет?
Но он никого не убил.
Просто он отчаянно хочет, чтобы его заметили.
В качестве кого?
Человека.
Человека с чувством юмора, умного, который всем помогает.
Вы любите своего брата, Гари, но девочек убил он.
Нет.
И вы это знаете.
Это вам.
Это мне.
Он человек с этих фотографий, а не животное.
Ну же, посмотрите.
Ты сидел тихо. Мы это поощряем.
Нужно что-нибудь? Подумай.
Только не говори «карандаш».
Я не безумен, как некоторые здесь.
Я так и не думаю.
Я здесь, чтобы получить признание заключенного Холла.
Какое признание?
Он убивает девочек.
Меня прислали, чтобы я узнал, где он закопал их,
и я видел карту, и я...
- Кто тебя прислал? - ФБР.
- Да.
- Мне нужно передать сообщение. - Для ФБР?
Да.
Пока я не забыл, где лежат тела.
Пока я могу помочь родителям.
Пока от меня есть прок.
- Тебя зовут Джим, да? - Да, Джимми.
- Да. - Джимми.
Больше никогда при мне не произноси «ФБР». Ты слышишь?
- Отвечай мне! - Да, я слышу.
Хороший снимок на самодельных машинках.
Вам лет 12?
Одиннадцать.
Да, их Ларри сделал. Он же волшебник, когда речь идёт о механике.
А куда ушёл отец?
Хрен знает. Бродит, пьёт.
Он собирался омыть труп, вроде бы.
А мама? Она жива?
Она в доме.
Просто... Она почти не выходит.
У неё кровать, кресло-качалка и туалет в одной комнате.
Ей нормально.
Болезнь?
Жир.
А какие «ужасные вещи»?
Вы сказали: «Мы все делаем ужасные вещи, даже Ларри».
Хочу спросить, что за вещи?
Чтоб посадить его за что-то ещё?
Нет, мне просто интересно.
О, а вы в жизни ничего плохого не сделали? Вы святая, да?
Вы говорили не о том, что могла сделать я, Гари.
А о чём-то конкретном, что сделал Ларри.
Нет.
Мы подобрали автостопщицу.
Это было давно. Лет, может, 15 назад.
Короче, она напилась, а я хотел, чтоб Ларри стал мужиком.
Ну, да.
Ей было нормально,
я развлёкся с ней слегка,
и вот очередь Ларри.
А мы с ним жили в одной палатке,
потому что приехали на реконструкцию.
Короче, я был слишком пьян, чтобы уйти,
и я решил, ну, как, что отключусь до того, как Ларри ей займётся.
Знаете, порой она говорит «нет», а её тело говорит «да»?
Ну, вы понимаете.
Но с Ларри эта девушка действительно не хотела.
Я вижу его с ней в этой палатке,
он похож на... какого-то волка.
Будто он готов выгрызть ей горло зубами.
Он тогда...
ударил её пару раз.
Чуть придушил.
Ещё плюнул.
Обзывал по-всякому, пока не кончил.
А вы что при этом делали?
Да я был в шоке. Понимаете?
А потом она лежала там,
и я увидел у Ларри этот взгляд.
Какой взгляд?
Тот, что лучше не видеть.
Я сказал: «не надо».
Он посмотрел на меня...
Он понял, о чём я. И я знал, о чём я.
И бедная девчока тоже знала.
В итоге Ларри заснул.
Я всю ночь не спал,
а то вдруг он проснётся всё с той же мыслью.
Но он просто спал, даже храпел.
На утро девушка уехала с каким-то байкером.
Я знаю, что это я был виноват.
Я показал ему секс неправильно.
Не с той женщиной. И я...
Может, поэтому ему понравилось убивать их?
Но одно это не сделало бы его убийцей.
- Я не говорил, что он убийца. - Но вы знали.
Нет. Не знал.
Вы всегда знали.
Гари.
Если вашего брата выпустят,
и он вернётся сюда,
выйдет на старую работу,
и всё будет как раньше...
то сможете ли вы не спать каждую ночь до конца вашей жизни,
чтобы никогда не выпускать брата из вида?
Эй, Джимми. Вставай.
Помогите.
Вот так.
- Мне не сообщили, Джимми. - Что?
У меня был отпуск. Вы спрашивали меня, а мне не сообщили.
Дайте ручку.
Так. Смотрите, Доктор Хаккетъ предстанет перед комиссией...
- Это... это не важно. Дайте ручку. - Ясно? Ты...
- Джимми, мы всё исправим. - Дайте... дайте ручку.
Возьму бумагу.
А что за точки?
Могилы.
Ясно.
Это тела. Двадцать одно.
- У него карта. - У Холла карта?
С телами, я видел. Вот она, но это полная хрень!
Ясно.
Джимми.
Мы поработаем с картой, Джимми.
Мы постараемся.
Обещаю.
Он взял два ремня.
Что?
С Джессикой Роуч, он задушил её двумя связанными ремнями.
Это он рассказал?
В деталях.
Что ещё он сказал?
Что сложил одежду Триши Райтлер и сверху положил сережки.
Мы его взяли, Джимми.
Ты взял.
МИССУРИ
ИЛЛИНОЙС ВИСКОНСИН
Мистер Кин, когда Вы стояли здесь в прошлый раз,
от Вас исходила уверенность.
Уверенность была для Вас
будто одежда, вторая кожа.
Куда она делась?
Не знаю, Ваша честь.
Мистер Бомонт представил мне судебную записку,
и я предположу, что Вы оставили её
в том аду, куда Вы отправились ради расследования дела.
Мистер Кин, суд отменяет Ваш срок
в 120 месяцев за торговлю наркотиками.
Помилование полное, без дополнительных условий,
и вступает в силу немедленно.
Вы свободны, мистер Кин.
Спасибо.
Я так и не узнал, где тела.
Но ты много сделал.
Эй, Джимми. Я хочу тебя познакомить.
Брайан Миллер, Джим.
Вы получили признание.
Нашли...
Джессику Роуч. Да, это я.
- Джессику. - Да.
Да.
Я хочу поблагодарить тебя за всё.
Я ведь не узнал, где тела.
Но сделал так, что новых не будет.
Слова просителя о том, что признание было получено под давлением,
и, что умственные способности просителя
не позволили ему понять обвинения,
не подтвердились.
Более того, свидетель,
работавший в рамках существующего дела с имеющимися уликами,
предоставил доказательства, подтверждающие, что проситель знал
детали преступлений, в которых сознался,
и детали эти мог знать лишь сам преступник.
Итак, суд постановляет
решение уголовного суда остаётся в силе.
Апелляция просителя отклоняется.
Бейлифы, уведите заключённого
и верните его в место отбывания наказания.
Заседание закрыто.
ПРОИГРАВ АПЕЛЛЯЦИЮ, ЛАРРИ ХОЛЛ ПЫТАЛСЯ ПОКОНЧИТЬ С СОБОЙ.
ПОПЫТКА ОКАЗАЛАСЬ НЕУДАЧНОЙ.
- Что, это он? - Это он.
Привет.
28 НОЯБРЯ 2004 ГОДА,
БОЛЬШОЙ ДЖИМ КИН УМЕР ОТ ИНФАРКТА.
СПУСТЯ ПЯТЬ ЛЕТ ПОСЛЕ ТОГО, КАК ЕГО СЫНА ОСВОБОДИЛИ.
Спасибо.
Что с тобой?
Я спать не могу.
Когда засыпаю, будто и не спал.
Это апноэ, Ларри. Они должны это лечить.
И что же мне делать?
Скажи им, чтобы лечили, Ларри. Говорят, это сопутствующий фактор.
Со... сопут...
Попытки самоубийства.
Что? Я же не поэтому.
А почему?
- Мне здесь не место. - Неправда.
Я этого не заслужива...
«Неправда»? Что?
А то.
У тебя в голове всё смешалось. И это жрёт тебя.
Что?
- Девушки, Ларри. - Нет.
- Девушки. Да. - Нет.
Нужно рассказать всем, что ты сделал. Нужно очиститься.
Ты же мой брат. Ты м... Ты мой брат.
Я подвёл тебя. Плохо за тобой присматривал.
Слушай, если... если у тебя грипп, я должен дать тебе лекарство.
Если холодно, а у меня одеяло, я должен поделиться им с тобой.
А если у тебя бардак с головой,
я должен помочь тебе не делать плохого.
Нет. Нет, нет.
Нет, Гари. Только не ты.
Я...
Я должен поступить правильно.
Не ради них.
Не ради них, а ради тебя.
А иначе, ты так и будешь...
жить в этом кошмаре.
Гари.
Не надо, Гари.
Пожалуйста. Эй, эй. Прошу.
Позволь тебе помочь.
Леди и джентльмены, наш полёт до Гранд-Рапидс
займёт примерно 55 минут. Командир экипажа
отключил знак «пристегнуть ремни»,
можете расслабиться и насладиться полётом.
Налить что-нибудь, сэр?
Водку с тоником, да.
Лимон или лайм?
Лимон.
Обычно берут лайм.
А я бунтарь.
Плохой мальчик.
Пытаюсь исправиться.
Неправда.
Как вас зовут?
Тори. С одной «р»
Джимми. С двумя «м».
Рада знакомству, Джимми.
И я тоже, Тори-с-одной-р.
ГАРИ ХОЛЛ В КОНЦЕ КОНЦОВ УБЕДИЛ СВОЕГО БРАТА
СОЗНАТЬСЯ В ПЯТНАДЦАТИ УБИЙСТВАХ.
ВСКОРЕ ЛАРРИ ХОЛЛ ОТКАЗАЛСЯ ОТ ВСЕХ ПЯТНАДЦАТИ ПРИЗНАНИЙ.
НА СЕГОДНЯШНИЙ ДЕНЬ
НЕ НАЙДЕНО НИ ОДНО ИЗ ЗАХОРОНЕНИЙ.
ПОСЛЕ ОСВОБОЖДЕНИЯ ИЗ ТЮРЬМЫ СПРИНГФИЛД,
ДЖИММИ КИН ПОСТРОИЛ УСПЕШНУЮ КАРЬЕРУ В БИЗНЕСЕ.
ОН ПРОДОЛЖАЕТ ПОМОГАТЬ ПРАВООХРАНИТЕЛЬНЫМ ОРГАНАМ
СОСТАВЛЯТЬ ПСИХОЛОГИЧЕСКИЕ ПОРТРЕТЫ СЕРИЙНЫХ УБИЙЦ.
ЛАРРИ ХОЛЛ ОСТАЁТСЯ В ТЮРЬМЕ.
ОН ЛИШЁН ПРАВА НА УСЛОВНО-ДОСРОЧНОЕ ОСВОБОЖДЕНИЕ ДО КОНЦА ЖИЗНИ.
ДЖИММИ КИН ЛАРРИ ХОЛЛ
ПО МОТИВАМ КНИГИ «РЯДОМ С ДЬЯВОЛОМ»
ДЖЕЙМСА КИНА И ХИЛЛЕЛЯ ЛЕВИНА
Перевод субтитров: Мария Петрова.