ОРИГИНАЛЬНЫЙ СЕРИАЛ NETFLIX
Здесь ответы на все наши вопросы.
Первая часть написана на латыни.
Кто-нибудь владеет?
О да, частное образование.
Я бы хотела владеть латынью.
«История смерти ангела Адриила.
Ареала, первая монахиня-воин,
основала Орден Крестового меча,
Она собирала женщин, преданных делу церкви,
готовых биться и умереть за свои убеждения».
Держать!
«Ангел Адриил гордился Ареалой.
Но теперь, отдав ей свой венец, он стал смертным
и в конце концов умер.
Его останки покоятся в почетной могиле в самом центре Некрополиса,
древнего города мертвых.
Десятки лет люди ощущали, как из могилы Адриила веет силой.
Она стала местом паломничества.
Кто-то вез больных и умирающих, которые якобы исцелялись.
Другие ощущали прилив силы,
которая помогала им в победе над недругами.
Силу гробницы можно использовать во благо или во зло.
Она стала невероятно известна как священное место.
Позже сестры решили, что внеземная энергия
чересчур сильна для обычных людей.
Останки Адриила заключили в гигантский каменный склеп.
На место двери водрузили огромный валун,
навечно запечатав место упокоения ангела.
Для устрашения расхитителей
на камне выбили предупреждающие символы и слова Et defunctis requiem».
Что это значит?
«Берегите покой мертвых».
«Со временем гробница канула в забвение,
погребенная под слоем земли,
пока на этом месте не возвели город.
Ватикан».
Шэннон писала, что энергии ангельских мощей хватало, чтоб управлять демонами.
Что именно они привязывают демонов к нашему миру.
Чёрт возьми.
Она подозревала, что церковь всё знает.
Отец, вы об этом слышали?
Да.
Сделка с дьяволом, чтобы люди нуждались в церкви.
Пока в мире есть тьма,
люди обращаются к нам за светом.
Я не желал в это верить.
Но Шэннон верила.
И всё сходится. Стены гробницы слишком толстые, чтобы их пробить.
Но монахиня-воин может пройти сквозь стену.
Если Дюретти станет Папой,
он сможет приказать венценосице войти в склеп и завладеет этой силой.
- А что ему до этого мешало? - Может и ничего.
- Но Шэннон бы на такое не пошла. - Ему нужна подконтрольная венценосица.
Потому он и вытеснил всех нелояльных.
Теперь поверили?
Я всё равно не пойму, зачем Дюретти
забирать останки себе.
Здесь сказано «управление».
«Тот, кто завладеет реликвией Адриила, станет Владыкой демонов».
Он сможет их использовать.
Вселять во врагов и уничтожать их.
Надо попасть в гробницу раньше Дюретти.
Если мы найдем останки и всё так, как думала Шэннон,
вы мне поверите наконец?
Думаю, придётся поверить.
Отец, если мощи Адриила и правда обращали людей в веру.
разве их изъятие не ослабит католичество в целом?
В этом разница между нами, Беатрис. Мне важнее сестры, чем Церковь.
Не могу поддержать.
Подумай вот о чём.
Если избавимся от Дюретти, восстановим орден.
Эва, но тут сказано, что стены склепа в толщину 11,5 дирра.
Это 6 метров. Пройти будет непросто.
Я же попала в тайную комнату Шэннон.
А помнишь, как ты застряла в метровой стене?
Я буду тренироваться, Сестра Зануда.
А как мы найдем эту гробницу
под вековым слоем грунта
в лабиринте древних катакомб под Ватиканом?
Обратимся к эксперту.
Опять вы вернулись.
Да.
Нам нужен Кристиан Шейфер.
Вы хотите, чтоб я помогла вам попасть в Ватикан
и усугубила мои проблемы с Церковью?
Не вы. Он.
Что ж…
Мы надеялись, мистер Шейфер поможет нам найти гробницу Адриила.
Ну, и вы тоже. Мне надо тренироваться.
А нас выгнали из ордена.
Нам также понадобятся кирпичи для возведения стен
от полутора до шести метров толщиной.
А нам это зачем?
Если останки так сильны, как написано тут,
возможно, они помогут закончить аппарат.
- Вам такое подходит? - Да.
Я просто удивилась.
У вас кто-то делает гигантские кирпичи?
Спасибо, доктор Салвий.
Удачи.
Я продолжу изучать журнал.
Ну что, поехали.
Вот так! Легкотня.
Сколько тут? Три метра?
Полтора.
Всё равно круто вышло.
Что дальше?
Я зашел в онлайн-архивы Ватикана.
Обработал данные
и составил частичную карту пещер под Ватиканом.
И где гробница?
Ну, ученым пока удалось найти 37% гробниц.
Но Адриилову не нашли.
Предлагаю рискнуть. Спустимся и сами отыщем.
На это месяцы уйдут.
Когда строили Ватикан, карту Некрополиса
составили Медичи.
С ее помощью мы могли бы найти гробницу,
но… карту забрали и не вернули много десятков лет назад.
А как она выглядела?
Это я могу рассказать. Но ее же нет.
Вам нужны как минимум контакты на черном рынке.
Думаю, я мог бы с этим помочь.
Замените сестер на точках два и шесть.
Пусть отдохнут
перед следующей сменой.
Думаете, предатели вернутся?
Очень надеюсь.
Кто здесь?
Из двухблочной стены она выбралась быстрее.
Уже пора волноваться?
Эва!
- Кажется, я описалась. - Что там произошло?
Метр прошла и… капец.
Дезориентировалась и вышла.
Ощущение такое, будто я твердая, а стена проходит вокруг.
Будто сквозь сироп продираешься.
Но при этом чувствуешь всю массу камня вокруг.
Чем дольше я там,
тем больше он будто пытается вернуться и занять мое место.
Раздавить меня.
А если найти способ тебя направлять?
Я знаю как.
Кристиан сказал «черный рынок».
Видимо, тут родители Беатрис покупали картины Пикассо.
Тут живет тот, кто может нам помочь.
У него фотографическая память на каждый артефакт, которым он барыжил.
А вы его откуда знаете?
Из прошлой жизни.
Жди здесь.
Нет.
Ладно.
Говорить буду я.
Выглядит круто.
Мне нужен Эстебан.
Простите. Закрыто.
Слушайте, сеньор…
Скажите, что это Винсент.
Нахер пошел.
Куда идти?
Что за херня тут?
- Привет, Эстебан. - Винсенте.
Уходи.
Я ищу редкую вещь.
Ладно.
За мной.
GPS-трекер.
И наушники?
Не знаю, как они будут работать в бетонной стене.
Слышишь меня?
Да.
Я же рядом стою.
Расслабься. Сейчас я мигом.
Ты на четырех метрах. Иди вперед.
Ты остановилась.
Я запуталась.
Сделай два шага в любую сторону.
На 90 градусов вправо и вперед иди.
Я хочу выйти. Вытащи меня!
Еще метр остался.
Ты сможешь.
Эва?
Всё хорошо.
Ты справилась.
Спасибо.
Не знаю, что случилось. Как будто…
- Чем дольше я там, тем больше… - Теряешь силу.
Истощаешь энергию венца.
И в данном случае если у тебя кончится сила…
Я застряну в грёбаной стене.
Да.
Чтобы пройти шесть метров, нужно дофига больше энергии.
Раньше мне уже удавалось усилить твой венец.
Ну да, только я там горела, как новогодняя елка.
Я не смогу идти, пока меня бьют током.
Эва.
Лилит.
Ты обезвожена.
Надо отдохнуть пару дней.
Спасибо.
Доктор Салвий,
- можете выйти? - Конечно.
Как такое возможно?
Мы же ее похоронили.
Почему все думают, что я мертва?
Что последнее ты помнишь?
Я была на складе
с Мэри.
Мы пытались поймать Эву, но появился тараск.
А потом…
…ничего не помню.
Когда пришла в себя, оказалась в «Колыбели».
Ты что-то знаешь.
Говори.
Мэри сказала, что тебя схватил тараск.
Пробил тебя когтями насквозь.
- Сказала, он утащил тебя… - Мы думали, ты погибла.
Бог даровал тебе вторую жизнь.
Что случилось?
У кого она сейчас?
Это было так давно.
Я не помню.
Не помнишь?
Нет.
Твоя знаменитая память тебя всё-таки подвела?
Вот. Карта Медичи.
Ее пару раз перепродавали.
Теперь она в частной коллекции.
Имя и адрес.
Оставалась бы ты в машине.
А вам стоило говорить начистоту.
Эва.
Привет.
Я тут… я…
Как она?
Жива… каким-то образом.
Отлично.
Зайди к ней.
Ей же, наверно, отдыхать нужно…
Она тебя звала.
Чего ты боишься?
К примеру, при нашей последней встрече она меня убить хотела.
И она пожертвовала собой ради меня.
Выступила против монстра и отдала за меня жизнь, и я просто…
…не знаю, что ей сказать.
Заснула.
Хорошо.
Останься с ней.
Хорошо.
Я нашла эту историю в журнале.
Думаю, пригодится.
Это писала монахиня-воин сестра Мелани.
«Я стала монахиней-воином летом 1942 года,
сбежав из адских условий концлагеря Дахау».
Она что, была иудейкой-монахиней?
Они преследовали всех, кто отличался.
Не только евреев.
Она была лесбиянкой.
Боже.
Вот нацисты уроды.
«Вернулась в оккупированную Францию.
Мать Суперионна заявила, что нацисты не входят в нашу задачу.
Что мою злость питает личная ненависть.
А ненависть — не в нашей юрисдикции».
Ты что, с французского переводишь?
Не отвлекайся.
Круто. Читай дальше.
«Но вчера
я увидела компанию нацистов во французском баре.
Сама не зная, что собираюсь делать, я зашла внутрь.
Их лейтенант пригласил меня на танец.
Когда я отказалась, он схватил меня за руку
и заметил татуировку номера из Дахау.
Я специально показала.
Хотела, чтоб он увидел.
Он поглядел на меня как на крысу.
«Juden», — ухмыльнулся он.
«Nein», — ответила я.
«Lesbich».
«Его друзья на меня набросились.
- Я достала Святой меч и порубила их». - Круто!
«Но мать Суперионна была права.
Каждый удар был актом ненависти.
Ненависти к тому, что из-за них я боялась быть собой.
Я отдавалась ненависти в реках их крови,
пока нацистский лейтенант не нацелил на меня пистолет.
Он стоял далеко.
Сказал, что сам отвезет меня в лагерь.
Что было дальше, сама не понимаю.
При мысли о возврате в лагерь из меня ушел страх,
ушла ненависть, ушла боль.
Венец ослепительно вспыхнул и раздался взрыв.
Я такого никогда не видела.
Пули нациста растаяли в воздухе,
как и его пистолет, его плоть,
а также добрый кусок стены.
Я осела на руины паба, выжатая как лимон.
Я не представляю, как мне удалось вызвать такое.
Но в тот момент
я чувствовала свободу.
Без ограничений.
Я наконец-то была собой».
Я пытался сказать.
Я поклялся забыть прошлое. Полностью.
Может, тогда не стоило делать татухи?
Уж ты должна понимать, что значит сожаление.
Еще как понимаю.
В том-то и дело.
- Хочешь поговорить об этом? - Да нет, всё нормально…
Из-за клёвой истории о разъярённой монахине-воине
ты вдруг плачешь?
Твое невежество иногда просто угнетает.
В смысле?
Что такое-то?
Ты, как и всегда, упустила главное.
Сестра Мелани обратилась к дикой стороне души,
и это усилило энергию венца.
Чтобы пройти шесть метров камня, придется идти через свою боль.
Но чего ты так злишься-то на меня?
Я не злюсь на тебя.
Прости.
Ты прости.
Дело не в тебе.
А во всех остальных.
Всю мою жизнь
меня пытались сделать той, кем я не являюсь.
Сделать «нормальной»
или хотя бы «приемлемой».
Я научилась многим вещам, чтобы быть годной хоть на что-то,
несмотря на мои изъяны.
Или якобы изъяны, по их мнению.
Разумеется, я адаптировалась.
Но когда тебя наказывают за то, что ты не такая,
ты начинаешь ненавидеть себя.
И то, что любишь.
То, что должно радовать…
…приносит только боль.
Боль сделала меня воинствующей сестрой.
Не нужно ненавидеть себя.
Ты же прекрасна.
Мне жаль, что тебе больно.
Не надо.
Сейчас нужно воспользоваться твоей болью.
Вырубить сигнализацию, войти, забрать карту, уйти.
Нет.
Дом слишком большой, нет времени на поиски.
Нужно, чтоб он сам показал нам.
Ладно.
Карта Медичи от катакомб Ватикана.
Где она?
Я не знал, что она украдена.
Поэтому ты ее запер в сейф?
Что теперь?
Подождем.
Как дела?
Просто сбежала от Беатрис.
Удачи.
Эва.
Привет.
Рада, что ты вернулась.
Правда?
Не знаю.
Ты спасла мне жизнь.
Ты одна из нас.
Я должна была биться рядом с тобой, а не против.
Я поддалась манипуляциям Дюретти и забыла об…
…ответственности.
Ты меня простишь?
Сейчас простила.
Я очень рада, что ты теперь жива.
А я рада за тебя.
КРИСТИАН: ЭТО ОНА
Хорошо.
Мы получили, что хотели.
Мы на полпути.
Ты молодец.
Сколько прошла?
Четыре метра.
Блядь!
Сосредоточься.
Эта стена — твой страх.
Твоя потаенная боль.
Почему тебе ее не одолеть?
Что тебе мешает?
Не хватает энергии.
- Дело не в этом. - В этом.
Это физическое ограничение.
Не душевное.
Именно так, нахер!
Если венец истощится, я снова буду парализована.
Вот чего ты боишься.
Паралича.
Меня не это пугает.
Я боюсь остаться одна.
Прикованная к койке, и никого…
Никого рядом.
Этого же не случится.
Будь ты парализованной на всё тело,
покрытой язвами или просто говорящей головой в мешке,
у тебя останемся мы.
И мы никогда тебя не бросим.
Ты серьезно?
Ну конечно.
Эва?
Уже почти пять метров.
Пять с половиной. Почти всё.
Пять и семь десятых.
Ты справилась.
Всё благодаря тебе.
Венец почти истощен.
Нужно дальше работать.
Понять, сколько ему перезаряжаться, чтоб ты и обратно выбралась.
Потянешь еще пару попыток?
Да.
Я буду всё время рядом.
Я был ребенком.
Работал курьером в картелях.
Бегал быстро, рот на замке держал.
Со временем меня повысили до силовика.
Деньги опьяняли.
Работа была жуткой, но доходной.
И, Господи прости, мне нравилось.
Пока я не увидел свет.
Когда я вступил в орден,
я думал, что нашел ответ.
Думал, тьма внутри меня была демоном.
Но когда монахиня-воин меня увидела, она сказала правду.
Демона не было.
Был только…
…я.
Теперь я боюсь, что даже если мы уничтожим мощи…
…и избавим мир от демонов, эта тьма во мне никуда не денется.
Не хотел, чтоб ты меня видела таким.
Я уже не могу это слушать.
А что ты хотела бы?
Тишины.
Ты бледная.
Как самочувствие?
Как будто в аду побывала.
Да всё нормально со мной.
Моя мама из Инвернесса, это Хайленд.
Вот ее топ-три лекарств:
виски, молитва и сладкий крапивный чай.
Видишь?
Тебе уже лучше.
Мама плохого не посоветует.
Что дальше, как думаешь?
С нами.
С орденом.
Всё будет в норме. Что-нибудь придумаем.
Как и всегда.
Что случилось?
Всё хорошо.
Нормально.
Я нашел гробницу. Третий сверху этаж.
Эта территория строилась во времена Второго периода,
при Константине. Но…
Давайте к делу.
Вот.
Гробница Адриила.
Спасибо за помощь.
Как вам удалось найти карту?
Я не просто так ношу пушки.
Ты довольный.
Она же вернулась.
- Кто? - Эва.
Мне лучше, когда она рядом.
Мама, что случилось?
Просто волнуюсь за тебя.
Прости, что беспокою тебя.
Мамы всегда беспокоятся.
Знаешь почему?
Потому что, когда ты кого-то очень-очень любишь,
хочется его защищать любой ценой.
Ты меня защитишь.
Вот и хорошо. У меня есть новости.
Мы нашли другую дверь.
Теперь всё изменится.
Привет.
Ты сестра Шэннон.
Жаль, мы не знакомы.
Мы все однажды встретимся.
В этой жизни или следующей.
Ты мне это оставила.
Не тебе.
Любой преемнице.
Ты читала их записи?
Пока еще не все.
Их так много.
Да.
Но их истории коротки.
Столько невыполненных обещаний.
Столько непрожитых жизней.
И ради чего?
Ну…
Я пока еще не всё понимаю, но…
…чтоб избавить мир от демонов, да?
Венец — это бремя.
Он слишком силен для одного владельца.
Мне было одиноко.
Но с его помощью я обрела семью.
Я тоже.
Кажется.
Семью, которая на моих глазах погибала, один за другим.
Ради миссии.
Что происходит?
Что случилось?
Я могу помочь?
Как мне помочь? Скажи, что мне делать.
Что мне делать.
Это надо прекратить.
Что?
Нужен новый план.
Отойди!
Я помогу.
Не поможешь. С этим не поможешь.
Прошу, скажи, что ты делаешь.
Хочу попробовать уничтожить дивиний с помощью венца.
- Зачем? - Если я смогу,
то может, смогу разрушить реликвию Адриила.
Этого не было в планах.
У нас есть план.
Найдем мощи, раскроем Дюретти, и орден вернется к своей миссии.
Проблема именно в миссии.
Монахини-воины гибнут одна за другой.
Кто следующая за мной? Ты?
Ты?
Если Шэннон была права и реликвия Адриила удерживает демонов на Земле,
то нужно уничтожить его мощи.
И никаких демонов.
Никаких монахинь-воинов.
Круг смертей оборвется.
Мы можем его оборвать.
Я могу оборвать.
Я буду последней монахиней-воином.