НЕЦЕНЗУРНЫЕ ВЫРАЖЕНИЯ НА ИВРИТЕ И ИДИШЕ
Майер Оффермен. Мои соболезнования по поводу смерти твоей бабушки.
Мы с твоей бабушкой вместе были в лагере.
Если тебе что-то понадобится - обращайся ко мне.
Я знаю, что ты искал человека, который убил твою бабушку.
И ты сделал это не один.
Она не позволяла нам преследовать кого-то, не проверив всё лично.
- Кого преследовать? - Чертовых перворазрядных нацистов.
Мы дали обет.
Мы сами разыщем этих преступников и свершим над ними
Божье правосудие.
А на второй день Бог создал Охотников,
элитную команду, жаждущую уничтожать нацистов.
Так, мы в эфире.
Умри! Ну же!
Спектакль начинается.
Масштаб этого дела огромен.
Они живут среди нас, и у них есть план.
Я предлагаю пойти другим путем.
Создать опергруппу, которая будет искать и преследовать их в США и за рубежом.
Темнокожая женщина и еврейка - предмет ночных кошмаров нацистов.
Кто это? «Волк».
Чудовище из моей истории до сих пор является ко мне в кошмарах.
Я должен помолиться за него...
прежде чем убить его.
Волк.
Я нашел его, блин!
Ты не сказал молитву, прежде чем убить его.
Это ты. Ты Вильгельм Цухс. Ты...
Волк.
Они везде.
Евреи нас не вытеснят!
Будут появляться и дальше.
Поэтому мы должны поступать неправильно.
Агент Моррис, она будет охотиться на нас, а мы будем охотиться на них.
Мы сменим место охоты. Не Америка.
В Восточной Европе любят Лонни Флэша.
- Как он? Парнишка. - Скоро вы сами всё увидите.
Он начинается сейчас. Четвертый рейх.
Я голоден, Ева, дорогая.
Пора есть, Адольф.
АВСТРИЯ
Твоя скульптура, дорогой.
Выдающийся труд.
Спасибо.
С Днем Фон-Глутена.
И тебя.
С Днем Фон-Глутена.
С Днем Фон-Глутена!
С Днем Фон-Глутена.
Шикарные масляные скульптуры.
Моя жена выиграла в прошлом году.
Масляный скульптор года на День Фон-Глутена в 1971 г.
Она слепила «Семейку Брейди» из масла.
История человека по имени Брейди.
У вас великолепный английский.
Вы всю жизнь живете в Фон-Глутене?
Все 66 лет. А вы?
Нет. Я здесь по работе.
- Как давно вы владеете этим магазином? - Он принадлежал моей семье.
Как интересно.
Когда я вошла, я увидела на дверной раме углубление
размером со специфический предмет, который они называют мезузой.
Евреи.
Они вешают его на свои двери как символ связи между ними и их богом.
Как способ объявить миру, что это еврейский дом или еврейский магазин.
Это облегчает жизнь и работу многим людям.
Вы еврей, сэр?
- Простите? - Вы еврей?
Нет.
Вы еврей?
Я не еврей.
Разве не так сказал бы еврей? Евреи умеют прятаться у всех на виду.
- Евреи очень находчивы. - Почему вы...
- На дворе 1972 год. - Этот вопрос не подвластен времени.
Я думаю, вам лучше уйти.
Я же сказала, что я здесь по работе, а не просто так.
Конкретно здесь.
В «Магазине сладостей Фон-Глутена».
У этой самой стойки.
По делу.
- По какому делу? - Контроль качества.
Я не тот, за кого вы меня принимаете.
Я клянусь.
Тогда перед нами встает дилемма.
До войны в этом городе проживало 1 000 евреев.
Вышел приказ об их депортации.
22 июля 1942 года. Но они просто исчезли.
Возможно, надели крестики,
сняли свои мезузы и стали христианами.
Но христианами они быть не могут.
Крыса ведь не может быть львом?
Поэтому я спрашиваю вас в последний раз.
- Вы еврей? - Нет.
- Тогда где они? - Сложно вспом...
Я помогу вам вспомнить.
Мэр, врач.
Мясник, даже школьные учителя.
Они собрали евреев, поместили их в амбар
и заперли двери.
И затем передали их нацистам.
Нацисты...
Нацисты погрузили их в вагоны и отправили в концлагеря.
- Значит, всё же это был... - Еврейский магазин.
Отсюда и мезуза.
Нацисты их ликвидировали, и я продолжил бизнес.
Конечно. Не оставлять же мармелад без присмотра.
- И бизнес в целом... - Процветал? Да.
Отличная работа.
Что ж, спасибо, милый друг. Приятно иметь с вами дело.
«Марша, Марша, Марша».
Евреи умеют прятаться у всех на виду. Евреи очень находчивы.
Я здесь из-за призрака, который был в этом городе в конце войны.
В нескольких километрах отсюда проходит железная дорога. Выходит в порт Генуи.
- Куда он направлялся? - Я не знаю, о чём вы говорите.
Я думаю, знаете. След Гитлера ведет сюда, дорогой друг.
Из фюрербункера в Мюнхен, в Бергхоф в Оберзальцберге,
через Альпы сюда. В Фон-Глутен.
Мне нужно знать, куда он направлялся.
Куда направлялся фюрер?
В Долину мечтаний.
Зачем...
Зачем Бог дал нам глаза, если не вести себя праведно, когда видишь неправедность?
Очевидно, глаза вам не нужны.
ОХОТНИКИ
Ну же, друзья мои. Вы выглядите так, словно увидели привидение.
Что? Неужели так сложно понять?
Как мне вам это объяснить?
Хорошо, есть старый анекдот о человеке по имени Шлеффнер.
1975 г. ЗА ДВА ГОДА ДО СМЕРТИ МАЙЕРА
Человек веры. Как Сэнди Коуфакс.
Однажды сидит Шлеффнер у себя дома и смотрит телевизор.
И видит по телевизору, что приближается буря.
Мимо него проезжает лейтенант на машине и кричит:
«Шлеффнер, поехали с нами. Мы отвезем вас на возвышенность».
Шлеффнер отвечает: «Бог спасет меня. А вы поезжайте».
Проходит пара часов. Шлеффнер на втором этаже дома.
Внизу всё затоплено.
Вода поднимается всё выше. Он смотрит в окно.
И видит, как к дому подплывает лодка.
Человек в лодке кричит: «Шлеффнер, поплыли на возвышенность».
Он отвечает: «Не волнуйтесь. Бог спасет меня. Всё в порядке».
Смотрит вверх и видит вертолет. О чудо!
Из вертолета высовывается парень и кричит:
«Шлеффнер, полетели с нами. Мы отвезем вас на возвышенность».
Шлеффнер отвечает: «Нет. Бог спасет меня. Всё в порядке. Летите».
И он умирает.
Он попадает на небеса и видит Бога.
И взывает к нему: «Боже, я так в тебя верил.
Как ты мог оставить меня умирать в бурю?»
Бог поворачивается к нему и говорит: «Шлеффнер,
чего ты от меня хочешь?
Я отправил тебе машину.
Я послал тебе лодку.
Я отправил тебе даже гребаный вертолет.
Шлеффнер, ты идиот».
Понимаете?
Мы постоянно всё не неверно воспринимаем.
Еще выпивки...
- Еще бокал, сэр? - Нет. Спасибо. Благодарю.
ПАРИЖ 1979 г.
Что-то не так?
Не хочешь даже попробовать?
Ты бы передумал и почувствовал себя лучше.
Нет.
Ну что, увидимся завтра?
Джона.
Дорогая, я дома.
Господи, Тед Банди.
Что?
Обещаю не звать тебя Эриком Эстрадой во время секса.
Какая же ты странная.
Ну да. Говорит человек, который плакал, когда смотрел «Бэмби».
Все плачут, когда смотрят «Бэмби».
Ты чудовище.
Как же я устал.
Так бывает, когда сидишь всю ночь в библиотеке.
- Помассируй мне руку. - Нет. Серьезно?
Ладно.
И не храпи.
Я не хочу провалить экзамен по психологии из-за храпа моего жениха.
Я говорю это с любовью.
Я тебя люблю.
А я люблю тебя, Сэм.
Я сказала, что тема моей курсовой - желание подражать.
И что я хочу работать в Лондоне через несколько лет.
Он сказал, что ему нужен помощник.
- Профессор Агулиан? - Профессор Морти замолвил словечко.
«Она хороша для женщины». Мудила.
- Да, я, чёрт возьми, лучше всех. - Да, ты лучшая. Лучшая из всех.
Я тобой горжусь.
Моя мама позвонила сегодня на рассвете,
сказала, как она была бы счастлива позвать на свадьбу всех, кого ты захочешь.
Даже в последний момент. Может, у тебя есть троюродный брат.
- Или твоих друзей из Кливленда. - Ты единственная, кто мне нужен.
Сэм.
Пошли. А то опоздаем.
Подходит ко мне Фрэнк Синатра и говорит: «Майер Оффермен».
Какой у него был голос! Я сказал: «Здравствуйте. Да, мистер Синатра».
Он такой: «У меня для вас кое-что есть».
И протягивает мне конверт, перевязанный голубой лентой.
Я открываю его, а внутри чек.
На 100 000 долларов - Еврейской Лиге справедливости.
После чего он говорит со мной на идеальном идише.
«Ложкой океан не вычерпаешь».
Этот гой раздает евреям целое состояние.
Как это возможно? Ну, его няня была еврейкой.
И он любил ее. Вот и объяснение.
И я подумал: «Надеюсь, нас всех воспитали люди,
которых мир велит нам ненавидеть».
И всё же...
Всё в порядке?
Не знаю, что случилось. Я просто...
Что тебя беспокоит, мой друг?
С чего лихорадочный звонок вчера ночью?
Я не знаю.
Я чувствую себя не в своей тарелке в каком-то смысле.
Чувство вины.
Да, ты испытываешь вину за то, что сделал.
Или, скорее, за то, что, как ты считаешь, ты сделал.
Я помню, как ты впервые пришел в нашу синагогу.
Ты был в стране несколько месяцев.
Помнишь, что младший раввин сказал тому юноше?
«Никого нельзя винить в выживании».
Здесь много выживших, Майер.
МАЙЕРУ
И каждый испытывает похожее чувство вины. Но выживание - это благословение.
- Ты был избран, Майер. - Я избран?
Да. Хашем выбрал тебя.
Ну что ж...
- Рад был тебя видеть. - Спасибо, ребе.
- Вам письмо, мистер Оффермен. - Хорошо. Спасибо, Аннет.
Нет, я не могу этого сделать. Не могу. Хорошо.
ПРИВЕТ, ВИЛЬГЕЛЬМ
Откуда это у вас?
- Сэр? - Кто это принес?
Мужчина. Служба доставки?
- Какая компания это прислала? - Я с ним не разговаривала.
- Как он выглядел?
- Пожилой. - Всё в порядке?
Да, всё в порядке. Просто я неважно себя чувствую, вот и всё.
Попроси Пола подогнать машину.
Аннет, узнай, какая курьерская служба доставила это письмо.
Если тот самый курьер вернется, немедленно мне позвони.
ПАСАДЕНА 1979 г.
Я больше не общаюсь со своим отцом. Я давно не видела братьев и сестер.
Не посещаю могилу матери так часто, как она того заслуживает.
И я поссорилась с Марией. Я отдалила ее от себя.
Женщину, что я любила.
Потому что я работала, отец,
два долгих года.
И работа поглотила меня.
Чернокожая католичка-лесбиянка. Вряд ли вы ожидали такое увидеть.
Дитя мое.
Можете начать с семи прочтений «Отче наш».
Но что касается гомосексуальности, вас ждут суровые аскезы.
Отец, мне кажется, вы заблуждаетесь. Любовь - это не грех.
Не в глазах моего Бога. И я здесь не ради своей исповеди.
А ради вашей.
Епископ Кристиан Пренц, вы арестованы
за нарушение иммиграционных законов США.
И за совершенные вами убийства
и пособничество нацистскому режиму в Литве в 1941 году.
Нет!
Когда СС вошли в Вильнюс,
мой младший брат умолял этого человека,
священника, спасти нас.
Священник взял моего младшего брата за шею.
И позвал эсэсовцев...
«Вы забыли одного».
Я видела, как священник взял младенца из рук матери.
Я думала, он хотел спасти его. Вместо этого он убил ребенка.
Это всё, что я вижу, когда закрываю ночью глаза.
Это всё, что я вижу.
Вы не доказали нарушение закона об иммиграции.
Выдайте его Литве.
Правительство Литвы отклонит любые запросы об экстрадиции.
- Мы должны судить его, Ваша честь. - Дело не из легких.
Вы не доказали, что отец Балкисс сменил имя и стал епископом Пренцем.
- Выжившие опознали его. - Это было 30 лет назад, агент Моррис.
Травма влияет на память. Пренц - как святой источник.
Он епископ католической церкви. Это не какой-то авторабочий из Огайо.
Мы искали его два года.
Разговаривали с очевидцами.
Посещали могилы, питались гуляшом на ужин.
Ваша честь, он собственными руками убил ребенка.
Епископ Пренц - это отец Балкисс.
И вы ничего не предпримете?
В зале суда я повинуюсь не тому, что праведно, а тому, что законно.
Справедлив ли закон? Мои чувства неважны.
Хотите восстановить справедливость? Нужно было тщательнее подобрать улики.
Ты уснул...
Надолго?
Двадцать минут...
Привет, Бифф.
Надень.
У нас есть около двух минут, прежде чем нас прервут.
Я ждал этого больше года.
Я узнал, что с момента твоего распределения
ты приходишь сюда раз в год за дозой.
Свиньи помнят, где растут самые вкусные трюфели.
Где твои друзья?
Что, ваша группа распалась, Йоко?
Из-за того, что произошло в Испании?
Я слышал о том, что ты сделал.
Посмотри, что он с тобой сделал. Майер.
Смотри, во что он тебя превратил.
- Время вышло. - Подожди.
Тебе не следует меня убивать, поверь.
- Почему? - Потому что я могу тебе кое-что дать.
- Того, кто куда важнее меня. - Тебя вполне достаточно.
И на этом я поставлю точку.
Самый большой приз. Подумай только.
Адольф Гитлер.
Твое время вышло.
Ты правда думаешь, он совершил самоубийство в бункере в 1945-м?
Что его тело сожгли русские, а кости так и не были обнаружены?
Ты правда в это веришь?
Ты не думаешь, что Сталин сделал бы из его шкуры пиньяту
и повесил его труп на Красной площади на всеобщее обозрение?
Можешь мне не верить. Но верь своим глазам.
Ты же ее видел. Полковника.
Она была частью этой сказки. Он и она в бункере.
Полковник?
Ты не знал?
Ева Браун.
Много лет назад организация «Паук» провела их по «крысиным тропам».
Гитлер, Ева, Геббельс, Менгеле. От Берлина до Альп,
в Геную, в убежище. Все дороги идут через Геную.
Что? Ты не думал, что у них будет план побега?
Где?
В Долине мечтаний.
Если он и жив, зачем тебе его сдавать?
Ты думаешь, я человек чести? Да я таракан.
Я могу помочь тебе найти его. Я могу отвести тебя к нему.
Ты никогда не найдешь его сам.
Не убивай меня,
и я приведу тебя к самому Адольфу Гитлеру.
Что здесь происходит?
Я здесь не был.
ШАЛОМ, УБЛЮДКИ
«Эстель. Обнимаю крепко.
Дэнни Рор».
- Кому автограф? - «Милли», пожалуйста.
Можешь написать: «Милли, запятая, переведу тебе 50% прибыли
от продажи книги сегодня после обеда. Навсегда тебе обязан, запятая, Дэнни».
За два года NBC показали «Холокост»,
Чак Аллен написал разоблачительную статью, выжившие начали говорить.
Это невероятно.
Поэтому я написал книгу. Назвал ее шпионским триллером.
Продается лучше, чем «Мир глазами Гарпа».
- Агент ФБР Мелани Мориц. - Твое настоящее имя останется в секрете.
Мой агент говорит, Майк Николс хочет купить права на экранизацию.
Я не знаю, кто это.
Но если меня будет играть белая женщина, я тебя уничтожу.
Я тебе верю.
Я слышал о епископе Пренце.
Да. Последние два года моей жизни.
И в декабре этого года он вернется в Пасадену, устроит
рождественский вечер. Свободный человек.
Ты пришла за сочувствием или...
- Ты нашел их? - Кого?
- Охотников. - Охотников?
- Почему они... - Пропали? Остановились?
Я не ЦРУ. Я лишь знаю, что мертвых нацистов больше не появлялось.
Охотников, похоже, больше нет.
Может, они просто их всех поймали. Может, группа распалась.
Или...
Может, еще хуже. Может, некоторые из них умерли.
А что? Почему ты хочешь это знать?
Здравствуйте. Вы позвонили Рут и Джоне. Оставьте сообщение после сигнала.
Привет, это я.
Приятно слышать ее голос.
Я ее даже не знала, но мне нравится ее голос.
Хотелось бы мне иметь мамин голос в записи.
Я должна была позвонить.
Было много работы. И каким-то образом
пролетели два года, а я так и не связалась с тобой.
Может...
Может, я звоню спросить о другом.
Звоню спросить...
- Узнать... - Чтобы продолжить, внесите 25 центов.
Сегодня были сняты обвинения с епископа Пасадены Пренца в том,
что на самом деле он является отцом Балкиссом из Литвы.
Он поблагодарил своих сторонников
и заявил, что вера помогла ему пережить этот кризис.
И он уверен, что Бог покарает истинных грешников.
РУТ
Вот мы и здесь, мистер Оффермен. Наконец дома.
Обогни квартал.
- Сэр? - Поезжай вокруг квартала.
ФРИДРИХ МАНН/ ФРОНДХЕЙМ РУТ/ ГЕРТРУДА
Кто еще мог знать?
Алло.
Алло?
Фрау Цухс?
Да?
Гертруда Цухс?
Гертруда Коннер. Цухс - моя девичья фамилия. Чем могу помочь?
Мы проводим перепись населения.
Я ищу Вильгельма Цухса.
Вашего брата.
Мой брат мертв.
Он умер 35 лет назад.
Кто-нибудь недавно звонил и спрашивал о нём?
О Вильгельме.
Нет.
Зачем кому-то интересоваться моим братом?
Иногда у нас возникает путаница. Просто хотел перепроверить.
Спасибо вам.
Боже мой. Что такое?
Сэм.
Всё нормально.
Всё в порядке.
- Ты уверен? - Да.
Чёрт. Клод тоже здесь.
- Он не так уж и плох. - Плох. Еще как.
Да, я забыл упомянуть.
Профессор предлагает мне поехать на исследование.
- Куда? - В Израиль.
- Это займет недели две. - Две недели?
Да. Говорит, этого мне будет достаточно, чтобы наконец закончить диссертацию.
И всё это закончится.
Возвращайся быстрее.
- Наконец-то. - Привет.
- У вас только что был секс? - Заткнись.
Как истинные французы. Давайте пить.
Вот, моя песня.
Он еще и поет?
- Кто такой Майер? - Что?
Ты кричал его имя во сне. Майер.
Не знаю никакого Майера.
Я вас поймал.
Если хотите следить за мной и оставлять мне записочки,
может, хотя бы сначала выпьем вместе.
Здесь рядом бар. Поговорим.
- Говорите по-английски? - Да.
Хорошо.
Ну вот.
Садитесь. Всё в порядке.
Нож свой можешь убрать, брат.
Хорошо.
Если тебе нужно было мое внимание, мог бы просто попросить.
Я знаю, кто ты.
Конечно. Ты волк.
Волк волка за километр чует.
Даже если этот волк живет в овечьей шкуре.
Я помню тебя.
Блок C. Хаммершмидт. Фриц.
Я не забыл твое лицо. Посмотри на себя. Кем ты стал?
Так не подобает представляться гауптштурмфюреру.
Ты ведь вообще не такой.
Это было так тяжело.
Столько лет.
Жить в тени.
Фрондхейм провел многих из нас по «крысиным тропам»,
а потом просто оставил нас тут на произвол судьбы.
- Поэтому я нашел тебя. - И я этому рад.
Но больше не подходи ко мне так, как ты это сделал, с угрозами.
Подкарауливая.
Я просто рад, что ты нашел меня, брат.
Как ты меня нашел?
Если ты смог меня найти, то и Визенталь сможет?
- А «Моссад»? - Меня выследил Фрондхейм.
Он привел меня в свой дом в Коннектикуте,
сказал, что мы можем наделать немало шума, шантажируя некоторых
из тех, кому он помог исчезнуть.
У него была папка с псевдонимами всех людей, которым он помог.
Он сказал, что несколько лет назад
он увидел твое имя в газете.
Он увидел империю, что ты построил.
- И захотел получить свою долю. - Да, этот Фрондхейм.
Коннектикут? Он живет в большом доме, Фриц?
Да, я бы так сказал.
Деньгами не делится, а просто посылает тебя за мной.
- Мне очень жаль, Вильгельм. - Не сожалей. С чего?
Настоящий змей тут - Фрондхейм. Это он подначивает тебя.
Натравливает брата на брата.
Я отвезу тебя в свой дом. Накормлю тебя. Помогу тебе привести себя в порядок.
После чего выпишу тебе чек.
Помогу тебе встать на ноги.
- Правда? - Конечно. Давай.
Я даже не знаю, где дом. И я даже не пьян.
Я тебе скажу. Вот здесь.
Мы на верном пути. Мой дом в паре кварталов отсюда.
А знаешь, брат, это так странно.
Волки чуют друг друга за много километров.
Не знаю, как они это делают. Шерсть?
Моча? Кровь?
Но если подумать, я вообще не чувствую твоего запаха.
- Вам не следует здесь быть. - Я знаю.
Если уйдете прямо сейчас, я ничего не скажу.
- Клянусь. - Я не могу этого сделать.
Вы должны признать, что вы сделали. Кто вы на самом деле.
- Я - это не он. - Неправда.
Признайтесь, кто вы.
Я не могу.
А придется.
Вы меня понимаете?
- Я не смогу. - Сможете.
Вы ведь христианка, верно?
Он не хотел бы, чтобы вы так поступили.
Вы не убийца. Вы женщина Божья.
Чёрт! Вот блин! Блин!
Епископ, вы в порядке?
Кто там?
Ты звонила?
Я нашел кое-что.
Я думал, свинина более нежная.
Жуйте медленно, мой фюрер.
Это полезно для пищеварения.
Садись.
Ешь.
Спасибо.
Перевод субтитров: Liubov Ponticelli
Креативный супервайзер Дмитрий Восколович