ФЕРМА КЛАРКСОНА
В разгар лета
обычный день на ферме стал проходить вот так.
Я встаю в 6.30 и, зарядившись кофе,
иду выпускать кур из их домиков.
Доброе утро.
На обратном пути я собираю грибы на обед.
А потом иду кормить рыбу.
8.45
Дома берусь за разработку рецепта томатного соуса,
который хочу продавать в своем магазине.
Я добавляю пару перчиков чили и зелень кинзы
и оставляю соус томиться на малом огне,
а сам между тем чиню забор, сбитый охотниками зимой, в чём они не признаются.
10.20
Потом скашиваю полевые цветы, которые посеял, ведь так делают садовники:
ждут, чтобы растения расцвели,
потом подрезают, чтобы они уже не были такими красивыми.
Потом иду собирать овощи, чтобы Лиза продала их
нашим клиентам в Атланте.
Я даже нашел грядку ревеня, так что срезаю и его.
И быстренько везу его в магазин.
Вот ревень, его нужно помыть.
Там я выбрасываю все овощи, собранные днем ранее.
Не очень ходовой товар - нынче никто не любит овощи.
11.50
Потом размешиваю томатный соус и иду смотреть, как там пчелы.
Ну же, улетай.
И овцы, и ягнята.
Потом начинаю работу над главной задачей дня.
Таковая всегда находится.
Сегодня мне надо убрать всю солому и овечий навоз из амбара.
Но, поскольку мой трактор спереди ведром не оборудован,
я прошу Калеба пригнать снегоочиститель из другого амбара.
- Почему сам не пригонишь? - Lamborghini туда не влезет.
Я сразу понял, что он недоволен,
ведь он считает мой трактор слишком сложной машиной.
Твой трактор - фуфло.
Потом, когда я ем собранные утром грибы,
приготовленные в сливочном соусе, поданные с тостами
и украшенные петрушкой с огорода,
мне звонят мои помощники
и говорят, что овцы смылись на шоссе.
Я еду туда и вижу, что овцы никуда не смывались.
Но теперь к моему трактору хотя бы присоединен снегоуборщик,
так что я еду в амбар, где ягнились овцы,
и тут же понимаю, что трактор и туда не влезет.
Вот чёрт.
Потом я прицепляю древнее орудие убийства
к трактору Лизы и чищу амбар с его помощью.
18.25
Наступает вечер, так что я несусь домой, чтобы добавить специй в томатный соус,
а потом иду снова кормить рыбу и собирать яйца.
Потом ложусь спать, зная, что вскоре...
я буду реально занят.
ГЛАВА ВОСЬМАЯ УБОРКА УРОЖАЯ
К нашим хлопотам прибавилась еще одна задача.
Ежедневно измерять влажность на полях с культурами.
А поскольку Чарли уехал в отпуск, этим пришлось заняться нам с Калебом.
- Так вот, опытный старый фермер... - Да.
...определяет влажность стручка, просто надкусив его, так?
Да, они делают вот так. Я видел.
Они его раскрывают, притом с серьезнейшим видом.
Делают вот так и говорят...
«Двенадцать».
- И они правы. Они знают? - Да, точно.
Я так не умею, ведь я не опытный старый фермер.
- Не умеешь. - И ты не умеешь - ты ребенок.
Поэтому у нас есть прибор.
Ты с таким работал?
Дай подумать.
Видишь эту часть? Смотри, ее надо наполнить рапсом.
Наполнить?
Можно тут заставку с надписью «Несколько часов спустя»?
НЕСКОЛЬКО ЧАСОВ СПУСТЯ...
Еще немного?
И делаешь вот так, смотри. А потом...
Если написано, что меньше шести, -
беда, урожай собирать нельзя.
- Да. - Если выше...
- Девяти. - ...девяти...
Слишком влажно, тоже не выйдет.
Готов? Так, он проверяет.
Значит, 8% влажности, что означает...
Идеально. Надо убирать.
Приступим!
Но на самом деле приступить мы не могли.
Чтобы собрать рапс, мне нужен уборочный комбайн,
а его у меня нет,
потому что он стоит четверть миллиона фунтов,
и придется его арендовать.
Проблема в том, что все остальные фермеры в округе
сегодня утром в полях проверяют уровень влажности,
и все они придут к тому же выводу,
и им тоже понадобится комбайн.
В офисе мои худшие страхи подтвердились.
Три дня?
До тех пор ничего не сделать?
Нет, у меня есть его номер.
Да, вы угадали.
Нет, я знаю.
Он сначала свой урожай уберет.
Ладно, нет, спасибо вам.
Я вышел на улицу и повсюду увидел резкие напоминания о том,
что я действительно в этом деле новичок.
Смотрите, там комбайн, и там тоже.
Да, вот еще один.
На каждой ферме есть комбайн.
К вечеру я ничего не добился.
...37, 42...
Но потом Калеб позвал на помощь друга, которого я буду звать «Иисус»,
хотя на самом деле его зовут Саймон.
Если дойдет... Мне осталось убрать только два поля,
так что в идеале справлюсь до вечера.
Да.
А завтра приеду к вам.
И можем начинать косить.
На следующее утро,
заполучив комбайн, мы заняли свои боевые посты.
- Отлично. - Да, смотри, какой день.
Знаю.
Тракторы будут проезжать тут весь день,
так что я передвину эти ворота и облегчу им задачу.
Это довольно-таки... Да, я тоже так хотел сделать.
- Не думаю, что ты хоть что-то сделал. - Сделал...
Так, Lambo, сегодня твой день.
Вот чего мы с нетерпением ждали.
8,9.
Прицеплю комбайн.
Я целый год смотрел,
как Калеб цепляет всякие штуки к тракторам,
поэтому решил, что без проблем присоединю арендованный прицеп к Lambo.
Надо сделать это, потом это, потом - не это.
Явно не выходит.
Наверное, я забыл что-то сделать.
Что же я забыл?
Не это.
Оставалось только одно.
Заставить Калеба сделать это.
Нет, постой! Подожди!
Так, всё готово.
На этом мы направились к фермерскому магазину
на встречу с Иисусом.
Сегодня пятница, время - 11.40.
В воскресенье утром на нас надвинется атмосферный фронт.
Поэтому урожай, на уборку которого уходит четыре дня, надо убрать за полтора.
Денек будет долгий.
У меня кондиционер сломался.
И я слишком занят, чтобы сейчас его чинить.
Либо туда, либо туда.
Здорово, да.
«НИ ШИША» ФЕРМЕРСКИЙ МАГАЗИН ЗДЕСЬ
Наверное, будем работать всю ночь.
Там рулон туалетной бумаги.
Если у тебя закончится, скажи мне, ладно?
- Ты правда взял с собой бумагу? - Да.
Вечно ее нет, когда она нужна.
Смотри!
У нас есть уборочный комбайн.
Он приехал.
- Это Саймон. - Это Саймон.
Он объяснил тебе, как на нём работать? Мы это делаем на ходу?
Да.
Потом мы обсудили вопрос, который подбавил мне напряга.
Это необычный год - ячмень и рапс
созрели одновременно.
- Да. Год почти уникальный. - Необыкновенный.
- Обычно ячмень созревает намного... - На две-три недели раньше, да.
- А рапс... - Да.
- Засушливая весна виновата? - Да.
Вот он.
И поехали.
Моя первая уборка урожая.
Эти комбайны чертовски умные, да?
Крутые машины.
Ты прав. Скашивать растения,
открывать стручки, доставать мелкие...
Эта огромная машина вынимает мелкие зерна и думает:
«Это не нужно, это - тоже, и это не нужно. А вот это нужно».
И измеряет, сколько зерен вынуто.
Это просто... Сельское хозяйство - потрясающее занятие, да?
Адреналин зашкаливает, я на взводе.
В три часа ночи еще буду работать как заведенный.
А ты - подыхать от усталости.
Когда комбайн почти наполнился,
Калеб подъехал на позицию.
Так, стой там.
Высыпаем первую партию.
И, приняв две партии семян...
он поехал к амбару разгружать рапс.
Пока он бился с моим прицепом 19 века...
О боже.
...я морально готовился к моему первому рейсу.
Я просто держусь позади.
У него горит желтая лампочка, а это значит, что резервуар полон на 80%.
Я подъезжаю. Настал момент.
Я уже еду.
Не быстро, нет.
Надо сдать назад. Дальше назад.
Да, сначала заполним заднюю часть прицепа.
Мне нужен глаз тут и глаз там, чтобы видеть.
Нужно быть голубем.
Мимо.
О нет, я встал.
Езжай.
Я не могу. О нет.
Мне надо быть спереди.
Минуточку, что делать? Заторможу.
Готовьсь, езжай ровно...
Ох, чёрт, вот чёрт.
Молодчина, почти весь рапс - посреди прицепа.
Боже, до чего же трудное дело!
Всё наоборот - я смотрю сюда,
через плечо, и вижу, что он сзади.
Тогда надо замедляться.
Когда он сзади - замедлиться.
Когда он спереди - ускориться.
К счастью, следующий мой рейс обошелся без сбоев.
Всё прошло хорошо.
Все эти гонщики говорят о точности езды,
а сами понятия не имеют, что это.
Потом я поспешил разгрузиться,
прекрасно зная, что после многих лет
жалоб на тракторы, задерживающие движение,
я сам теперь ехал на тракторе, задерживая движение.
Надо было вам всем заехать в «Ни шиша»,
тогда бы вы здесь не застряли, да?
На ферме же важнейшей задачей было быстро разгрузить рапс
и вернуться на поле до того, как комбайн снова наполнится.
Чудесно.
Сдать назад... Минуточку. А если туда?
Назад...
Да.
Я под неправильным углом ехал.
Если сдам назад, окажусь справа.
Да, точно.
Боже.
Стоп. Внимательно, Джереми.
Поеду туда - прицеп не въедет.
Твою дивизию, это невозможно.
Всего после шести попыток, которые можно было и вырезать при монтаже,
гораздо более современный прицеп, взятый в аренду, попал в амбар.
О да.
Чёрт. Блин.
Господи, удача-то какая. Я об этом Калебу не скажу.
Поскольку погода держалась,
мы работали в команде, чтобы убрать рапс как можно быстрее.
Так, согласно моей карте, площадь этого поля - 54,8 акров,
и если бы не погода,
оно дало бы рапса на 23 500 фунтов.
Не думаю, что даст так много.
Я хотел бы позвонить Чарли и спросить, но он в отпуске.
Значит, мы убираем по десять акров в час,
а канадцы со стульев падают, смеясь над нами.
Тут явно становится очень жарко.
Подбавлю-ка я прохлады.
Надо поехать туда...
выгрузить рапс...
и это значит, что я еду вправо, поэтому надо туда.
Постойте, я попробую еще разок.
Несмотря на идиллические рабочие условия,
меня не оставляла в покое назойливая мысль.
Сколько рапса мы на самом деле собираем?
Что говорит компьютер, Саймон?
Датчик урожайности показывает:
мы собираем по 2,5 тонны с гектара,
то есть по тонне с акра.
Но ожидаемая урожайность - полторы тонны с акра.
Он хорош местами.
7,3. Всё в порядке.
Насколько я понимал,
наш урожай большей частью состоял из уховерток.
Амбар просто кишел ими.
Но мне сказали, что это нормально, так что мы продолжили работу.
Так, поехали, я надел куртку.
Второе поле, думаю, дало больше, чем первое... определенно.
Минуточку.
Задней частью - туда, значит, ехать надо туда.
Чёрт, я еду не туда.
- Будто встреча тракторов. - Правда же?
- Значит, мы убрали Пикетс-Пис. - Да.
Теперь убираем Лоуэр-Уошпул.
Потом на очереди Бёри-Хилл-Норт, а в нём 45,7 акров.
Ехал бы ты уже, Джереми.
- У него фара горит. - Да.
На следующее утро, когда мы возобновили уборку,
моя первая разгрузка уховерток прошла еще сложнее, чем обычно.
Он припарковал пикап на дворе.
С ним что-то не так.
Он его нескоро найдет.
Но бесившая меня манера Калеба парковаться была наименьшей моей проблемой.
Ведь, в отличие от вчерашнего дня, небо было затянуто тучами,
а это не обещало ничего хорошего для утренней проверки влажности.
- Десять. - Десять.
Да.
Перебор. На два процента. Почему влажность повысилась?
Дождя не было. Это просто влага из атмосферы?
Влага из воздуха.
Ведь в семь утра влажность была ниже.
Что нам делать?
К счастью, кое-что сделать мы могли.
Проверить ячмень и посмотреть, можно ли убрать его вместо рапса.
- Какие новости, дружище? - 14,7.
- А лимит? - 15.
- Значит, можно убирать? - Можно попробовать. Да.
Да, я сказал бы, что всё прошло успешно.
Слышишь, малыш? Всё прошло успешно.
Саймон, не хвали его - обнаглеет.
Того, что у меня сейчас в прицепе,
хватит сети пабов «Уэзерспун» на год.
Это пивные семена.
Но, когда я доехал до амбара, я понял, что возникла еще одна проблема.
Так, сколько осталось рапса?
Осталось одно большое поле -
еще где-то 40-50 тонн рапса убрать надо.
Так куда я дену ячмень?
Алло.
Куда, чёрт возьми, я положу на хранение ячмень?
Поскольку амбар полон, их смешивать нельзя, так?
Нет, тебе придется хранить его на аэродроме.
В бункер, который я построил,
поместится около 400 тонн ячменя.
Но нельзя - будет дождь.
Если будет дождь, его нельзя хранить на улице.
Нет, он намочится, и его не купят.
Тебе надо продать его сразу же.
То есть?
Тебе негде его хранить, так что просто ссыпь его в кучу
и сразу же продай.
Что, сегодня?
Да, в идеале - сегодня.
Вернемся в офис.
Так, зерновые компании.
Да, здравствуйте.
Да, правда, мне сегодня нужен грузовик.
Вы ничем не можете помочь?
Сделав пару звонков, я наконец добился кое-чего.
Вы меня очень обрадовали.
Спасибо, до свидания.
Грузовик едет.
Потом я поехал к хранилищу, восстановленному Калебом
после того, как деревенские долбодонты, скучающие на карантине, сожгли старое.
Это как строить замки из песка в девять лет. Мне нравится.
Потом прибыл Калеб со своим грузом.
Вскоре после него приехал заказанный мной грузовик.
Хороший грузовик.
- Он взвесит то, что мы в него положим? - Да.
- Правда? Сказка. - Да.
Но, когда началась погрузка, меня вдруг бросило в жар от ужасной мысли:
я понял, что зерно, собранное нами с десяти акров,
заполнит грузовик с верхом.
А нам оставалось убрать еще 140 акров.
Я надеялся лишь на одно: что Калеб ничего не заметит.
Нужны были 20 грузовиков.
- Двадцать? - Двадцать.
- И чтобы ездили туда-сюда. - Что, по 29 тонн в грузовик?
Сейчас 18.00, суббота.
Сейчас мы больше не найдем, а завтра воскресенье.
И ночью будет дождь.
Значит, безвыходное положение?
Да.
Мы в безвыходном положении и ячмень убрать не можем, ведь...
ты облажался. Надо было лишь позвонить и сказать: «Привет».
- Нет. Неверно. - Да.
Нет, ошибку я совершил месяцев девять назад.
Какую?
Сказав: «Амбар достаточно велик». Я мыслил как йоркширец.
«Я больше 22 штук не потрачу,
этого амбара хватит, туда всё поместится».
Я думал, у нас будут отсеки: рапс - сюда,
пшеницу и ячмень - сюда.
Мне не говорили... Если честно, ты мне не говорил...
Я говорил. Твой амбар мал.
Знаю, но ты должен был сказать:
«Ты же понимаешь, что весь амбар заполнится
- рапсом». - Я и сказал!
- Не говорил. - Говорил! Ты просто не слушаешь.
Ты не слушаешь.
Нет, ты отключаешься.
Ты, наверное, не слушаешь меня и сейчас.
Что я только что сказал?
- Что-то про отключку. - Видишь?
Вот и я об этом.
И вот благодаря мне все работы встали,
а Калеб поехал домой.
Где моя машина, блин?
Я ее вижу. Вижу багажник.
Как оказалось,
на следующее утро ключи от трактора мне не понадобились.
Конечно, мы не могли убирать урожай под дождем.
И даже когда лить перестало,
мы не могли вернуться к работе, ведь культуры были мокрыми.
И вот, пока мы ждали,
мы решили за это время выполнить другую работу.
Отправить ягнят в путешествие к воскресному столу.
Мы видим хороших, мясистых ягнят
весом около 44 кило и больше.
В самый раз для забоя. Получим хорошее мясо.
Ну, Эллен, сколько подходящих по весу и размеру?
- Семьдесят восемь. - Так.
Они как будто чувствуют.
Мощная реклама вегетарианства.
Но я видел и мощную рекламу круизов -
и всё равно не поеду.
Когда ягнят увезли...
и поля высохли,
мы закончили убирать рапс
и ячмень.
Потом продали урожай зерновой компании.
Осталась только одна культура...
пшеница.
Какие новости?
16,6.
Всё еще перебор.
Зелени не должно быть. Ей нужна еще неделя.
Ей надо дозреть.
Увы, тогда мне позвонили с довольно тревожными новостями.
Хорошо.
Ладно, я позже вернусь.
Хорошо, спасибо. До свидания.
Уэйн Руни умер.
Смерть моего бедного барашка была непонятной.
Его погрузили на самый достойный катафалк, какой только смогли найти,
и ветеринар увез его на вскрытие.
Потом ветеринар позвонил и сказал, что причиной стала перекрученная кишка.
УЭЙН РУНИ 2018 - 2020
Удивительно, как опечалила меня смерть Уэйна,
ведь... мне правда грустно.
Он участвовал в одном моём вечернем ритуале.
Я ходил на прогулку, приносил им угощение,
а они подбегали ко мне.
Я пришел сюда,
потому что хотел посмотреть, в порядке ли Лео.
Но он прячется вон в том кусте.
И не выходит даже на угощение.
Увы, моего оставшегося барана пришлось покинуть наедине с его печалью.
Ведь вскоре влажность пшеницы опустилась до нужного уровня.
Какие новости?
14,4.
И можно было начинать уборку.
Убрать нужно было 96 акров пшеницы,
а ее ценность измерялась не так, как в случае рапса и ячменя.
Объем получаемой пшеницы...
Я хотел сказать, что он не важен. Нет, важен,
но не настолько, как качество.
Итак, у меня сзади полприцепа пшеницы,
и я не знаю, что у меня - полприцепа очень хорошей пшеницы,
из которой испекут хлеб,
или ужасной пшеницы, которая пойдет на корм животным.
Пока мы вкалывали, Калеб,
которому не терпелось сделать долгожданную стрижку,
отвлекся от работы, чтобы сменить куафюру.
Волосы.
Мне нравится.
Наконец-то в глаза не лезут.
Но вскоре после этой интерлюдии настроение изменилось:
Хвостик Калеб заметил, что у соседа-фермера беда.
Посмотри налево, Джереми, там что-то неладно.
Что-то горит, да?
Это кошмар всех фермеров.
Пожар на полях во время уборки по причине сбоя техники.
Я сейчас, потерпите две минуты.
Я знаю, сейчас туда едут две пожарные машины.
Откуда он это знает?
Откуда ты знаешь?
У меня везде связи.
Я поблагодарил Господа
за качество и надежность моего Lambo.
Потом мы вернулись к работе.
Оставь, пусть отъедет немного назад.
Благодаря спокойным и четким указаниям Саймона по рации...
Хорошо, немного вперед.
...я становился неплохим трактористом.
Езжай чуть вперед от середины,
поверни его слегка к себе, а не к середине.
Но позже в тот же день
я вернулся после рейса к амбару
и узнал, что Саймона на комбайне заменил его коллега.
Не знаю. Не понимаю.
Я не понимаю, чего он от меня хочет.
Мне подъехать к боку в следующий рейс?
Он не включил лампочку, но труба высунулась,
так что, предполагаю, он готов.
Я сзади?
Я понятия не имею.
Чёрт. Блин.
Ни слова.
Но в конце концов мы нашли наш ритм.
Вот что я скажу. Ему 72, вы гляньте на него.
На прошлой неделе он говорил,
что убирал урожай на этой ферме каждый год последние 50 лет
и не хочет пропустить этот год, даже в пандемию.
И вот он.
Я подожду, когда ты включишь лампочку.
Включай лампочку. Я вернусь.
Ладно, понял.
Я ничего не понял, но...
К концу августа мы закончили работу.
Мы убрали 546 акров
пшеницы, рапса и ячменя.
Поля заслужили свой отдых.
Я отдыхать не мог. Надо было продать пшеницу.
Так что я взял образец...
позвонил Чарли, вернувшемуся из отпуска,
как раз когда работы закончились,
и договорился о встрече на местной мельнице.
Вот он.
Мешочек с образцом.
Я надеялся, что моя пшеница окажется здесь,
где ее превратят в муку для хлеба.
Ведь тогда мне за нее дадут отличную цену.
ХЛЕБОПЕКАРНАЯ МУКА ВЫСШЕГО СОРТА
Но сначала она должна была пройти испытание у мельника Пола.
Это ваша...
Лучшая, класса Премьер-лиги...
- Премьер-лиги. - ...пшеница.
- Не Воксхолл-Конференс. - Нет.
Нам бы класса «Ливерпуля», с вершины турнирной таблицы.
«Манчестер-Сити» как минимум.
Так. Посмотрим, что можно сделать.
Я пойду в лабораторию, и мы скажем вам результат.
- Это долго? - Так. Пять минут.
Решающим показателем, по словам Пола,
является процент белка в зерне.
- Нужно, чтобы было 13. - Тринадцать процентов.
Тринадцать - нужное число.
Думаю, в ней около 13,4% белка.
Так. Я думаю, процентов 12,6 - 12,7.
Пол, мы хотим знать, если...
Да, нам нужно узнать.
Да. Я понесу ее на анализ?
- Да, пожалуйста. - Я... Да.
- Хорошо. - Пока. Клевая шляпа.
Пока мы ждали результатов анализа от мукомольного кудесника,
я захотел узнать, какой у успеха денежный эквивалент.
- Почем тонна хорошей пшеницы? - 185 фунтов.
Так, а если это куриный корм...
- тогда почем? - 150-155 фунтов.
Значит, 185 фунтов за тонну, если она хорошего качества.
- Верно. - И 155 фунтов, если это куриный корм.
Верно.
Когда выяснится, что качество хорошее,
мне надо начать с ним торговаться?
Можешь спросить, сколько она стоит.
Я могу потребовать 200 фунтов за тонну?
Думаю, это хорошее число.
- Круглое. - И правда.
Просто скажи, что хочешь 200 за тонну,
потом скажи, что сегодня не продаешь, садись в машину и уезжай.
Можно сказать: «Не продам».
«Мы хотим продать и продадим ее вам, но...»
- Не обязательно сегодня. - Так.
Ну а он может сказать: «Ладно».
Да, может.
Я совсем не умею торговаться.
Но между тем время на домыслы истекло.
Он вернулся.
Важнейший показатель - белок:
первая цифра - один.
Да.
- Вторая цифра - три. - Ура!
Потом у нас запятая.
Да, а потом ноль.
А потом пять.
Почти...
- Как ты это определил? - По цвету.
Наверное, я еще не видел пшеницы лучше.
- Отлично. - Вы молодец, Джереми.
Молодцы - они с Калебом.
Я настаиваю, Чарли, чтобы вы продали ее нашей мельнице,
потом мы дадим часть муки Джереми на продажу в магазине.
- Да. - Нет, надо поторговаться.
- Не надо, я всё решил. - То есть?
Вы разбираетесь в ценах на машины, а я - в ценах на пшеницу.
Сколько тогда дадите?
Около 180-185 фунтов.
Замечательные новости.
Высший сорт, если честно.
Я пойду искупаюсь в пшенице.
Спасибо, Пол.
Это и правда хорошие новости.
Теперь, когда уборка урожая закончилась и Чарли приступил к расчетам,
я сел разгребать накопившуюся почту,
в которой нашел результаты
последних анализов моей бутилированной родниковой воды.
«Результаты анализа на бактерии, 22 и 37 градусов, неудовлетворительны».
Значит, воду продавать нельзя.
«Для справки: жизнеспособных микроорганизмов должно быть ноль,
а анализ показал более 10 000».
Это не провал, это катастрофа.
Десять тысяч?
Это означало, что мне надо скорее поехать в магазин
и убрать воду с полок, пока ее не купил кто-нибудь.
ВОДА «НИ ШИША» В НЕЙ НЕТ ДЕРЬМА.
И у меня для этого была нужная машина,
ведь я воссоединился...
со старым другом.
Представляю вам, друзья,
новый автомобиль первой помощи фермы «Ни Шиша».
Здорово, что она снова у меня.
На самом деле, если она справилась с дорогами Мадагаскара,
то сможет справиться с полями Чиппинг-Нортона, и так оно и есть.
Странно, что на этой машине я ни разу не ездил быстрее 13 км/ч.
А теперь вот он я.
Буквально спасаю жизни за рулем.
Я приехал забрать воду.
- Зачем? - В ней есть дерьмо.
- Что, прости? - В ней есть дерьмо.
А написано, что в ней нет дерьма.
Написано, что в ней нет дерьма, но это не совсем точно.
В ней его полно.
Я не знаю, что именно. Не собственно фекалии. Бактерии.
Но мы почистим систему моющим средством
и снова проверим.
Что это?
Грибы.
- Что? - Грибы. Большие грибы.
Большие?
- Охренеть. - Знаешь, что делать?
Нарезать, обмакнуть в яйцо, поджарить - получится грибной тост.
Нет, это же гриб.
Да, большой гриб.
Вот наши луговые шампиньоны. Взгляни!
Обалденные грибы.
Всё шло обалденно в фермерском магазине.
МЕСТНОЕ СВЕЖЕЕ МОЛОКО 1 ФУНТ ЗА ЛИТР
Мы наконец увидели какие-то плоды наших трудов.
Масло из нашего рапса, не грозящее вымиранием орангутангам,
уже стояло на полках.
А через несколько дней вернулись наши ягнята.
- Плечо, без кости, в упаковке. - Да.
Грудинка, как и шейка - для запекания.
Отбивные. Печенки, почки и фарш.
Я их принял, когда они родились, я их пас, я их кормил...
- Да. - ...я их взрастил.
- Любил. - Любил.
- А вы их забили и расчленили. - Для вас.
Можно есть.
Откорм и забой ягнят обошелся в 5 000 фунтов,
но они так понравились местным жителям...
Вы хотите две туши - значит, четыре половины.
...что, казалось, мы даже сможем отбить пару сотен фунтов.
Увидимся. Спасибо вам большое.
Спасибо, что приехали. Надеемся, вам понравится мясо.
Кому нужны супермаркеты? Кое-что получилось.
Доброе утро.
- У нас осталось семь. - Хорошо.
Это всё, что осталось. Семь. А сейчас только 11.30.
Кто еще приехал за бараниной?
В магазине полно народу.
И будет жаль, если придется его закрыть,
ведь молоко - с фермы в 13 км отсюда,
из Глостершира.
Нам можно торговать лишь товарами из Оксфордшира.
СЕНТЯБРЬ
Это был первый в моей жизни сельскохозяйственный год.
Но даже при этом я решил отпраздновать его по традиции.
И я встретился с Калебом в старом амбаре,
чтобы подвесить сноп пшеницы к одной из дубовых балок крыши.
Это как праздник.
Подвешиваешь сноп, убрав урожай.
Помимо подвешивания пшеницы
был еще один повод для праздника.
Они тебя подстригли вот такими ножницами?
- Красиво. - Ничего подобного, нелепая стрижка.
- Ты за нее денег дал? - Да.
Это не... Как мне это удалось?
Как мне удалось и тут накосячить?
Я бы поднялся по лестнице, но не могу.
- Почему? - В меня шмальнули.
Что?
Мне выстрелили в ногу.
- В тебя правда стреляли? - Да, честно.
Да, мы с ребятами играли в футбол,
а один достал пневматическую винтовку и «случайно» шмальнул мне в ногу.
- Ты шутишь? - В голень.
- Из пневматической? - Да, 22-го калибра, с четырех метров.
Охренеть.
Уже корка выросла. Но дробина еще в ноге. Вот.
- И он тебе товарищ? - Да, один мой приятель.
Значит, он достал винтовку, зарядил ее и наставил на тебя.
- Да. - А ты что сказал?
- «Не наставляй ее на меня, ушлепок». - Вы не ссорились?
Нет. Мы с ним лучшие друзья с первого класса.
Он сказал, это случайность.
Как - случайность?
Наставить на человека винтовку и выстрелить - случайность?
Не знаю.
Я подозревал, что следующая моя беседа будет столь же тревожной,
ведь пришло время Веселому Чарли
сообщить мне, сколько денег принес урожай.
Мы закончили работу.
Убрали урожай.
- Ты молодец. - Спасибо.
Как ощущения?
Ну... Скажу через минуту,
когда узнаю цифры.
Когда ты откроешь мне истину.
- Как тебе известно... - Ну вот, началось.
В целом год был не очень хороший...
для сельского хозяйства.
Я вчера читал в «Таймс»,
что фермеры не видели такого плохого года с 1976-го.
Засушливое лето. Я его хорошо помню.
Год выпуска из школы. Поэтому завалил экзамены.
ПШЕНИЦА - РАПС - ЯЧМЕНЬ - ИТОГО
Посмотрим на клетки вверху. На синие.
Я тебя напугаю.
В прошлом году мы заработали на урожае 226 000 фунтов.
Это до вычета затрат.
Итак, 226 000 фунтов.
- Да. - В этом году - 137 000.
На 90 000 фунтов меньше с той же площади.
Девяносто...
- Что довольно-таки невероятно. - Можно и так сказать.
- Значит, минус 90 000 фунтов. - Да.
Это очень много, на 40% меньше.
Из-за погоды пропало 90 000 фунтов.
Где затраты? Сколько...
- Вот затраты. Мы потратили... - Мы потратили...
- 14 000 фунтов на семена. - На семена.
34 000 фунтов на удобрения и 20 000 фунтов на агропульверизацию.
Значит, 68,601 фунт.
И еще у нас затрат на 68 457 фунтов.
Плата Калебу, техника.
Получается, с пахотной земли фермы ты получил 144 фунта прибыли.
Вот к чему всё сводится:
ежедневная работа на ферме в 1 000 акров на протяжении года
принесла прибыль в 144 фунта?
Верно.
К счастью, есть субсидия. Когда учитываем ее...
Что делать фермерам?
Серьезно, что им делать?
Тем, у которых нет съемочных групп от Amazon
и доходов ведущего «Кто хочет стать миллионером»?
Что им делать, когда им начнут давать всё меньше субсидий?
В сельском хозяйстве наступят радикальные изменения.
Вероятно, фермеров будет на 30% меньше.
Но такова судьба фермерства в это время, в эту эпоху.
Когда фермер начнет ныть из-за погоды...
обнимите его и купите ему пинту пива,
ведь он ноет не потому, что под дождем неудобно работать,
а потому, что это зверски тяжелый труд.
Я оказался на распутье.
Я весь год ишачил как проклятый,
а моей наградой были 144 фунта.
Даже со всеми субсидиями
было бы намного выгоднее продать землю,
положить деньги в банк и жить на проценты.
И всё же этот год был замечательным.
Я сделал столько дел, на которые даже не считал себя способным.
Я стал пастухом.
Трактористом.
Лавочником.
Повитухой.
Ключевым работником.
Инженером.
И экологом.
Всё это - в обществе бесконечно счастливой,
повернутой на всю голову семьи «Ни Шиша».
Но смогу ли я снова пройти весь этот круг...
получая за это меньше 40 пенсов в день?
Этот вопрос возникает почти сразу же
на нашем пикнике в честь сбора урожая.
Вот этих.
Значит, мы начали работы на ферме год и день назад?
Точно. Чуть больше года назад.
Значит, мне надо разобраться вот с чем.
У меня есть, по сути, выбор.
Я могу вернуться в Лондон, к прежней жизни...
Да, так и сделай.
- Ты не слышал второе. - Нет. Вернись в Лондон.
Думаю, я уже не хочу обратно в Лондон.
- Вообще? - Нет, я счастлив здесь.
Тебе нравится Лондон. Ты его обожаешь.
И Лондон тебе подходит.
И у тебя есть друзья в Лондоне.
У тебя там друзья, куча знакомых.
У тебя куча друзей и здесь.
Он меня не отпускает.
Ведь я для него - дойная корова.
Если взвесить все «за» и «против», я бы выбрала ферму.
Ты здесь счастлив.
Ты права, я здесь счастлив.
Когда овцы рожали, я сказал, что никогда не был так счастлив.
Ягнята появлялись на свет, день был погожий,
и я сказал, я как никогда счастлив на работе.
- Это правда? - Нет.
- Смотрите, какие краски. Скоро осень. - Потрясающе.
На ферме всегда потрясающе красиво.
Каким бы ни был день, всегда найдется что-то прекрасное.
Но дело вот в чём: сериал закончился.
Этот сезон.
- Будем. - Это грустно.
Но я вас всех благодарю за помощь в этом году.
Будем здоровы.
Большое спасибо всем вам.
Спасибо за ваше терпение.
Теперь я сяду в трактор.
Ты пойдешь со мной, прицепишь культиватор,
а я поеду обрабатывать поля.
Я думал, ты сегодня идешь на вечеринку.
В Лондоне.
С ВАМИ БЫЛИ...
ДЖЕРАЛЬД
ЧАРЛИ
ЭЛЛЕН
КЕВИН
ЛИЗА
КАЛЕБ
И ДЖЕРЕМИ
В СЕРИАЛЕ...
ФЕРМА КЛАРКСОНА
Перевод: Анастасия Страту
Креативный супервайзер: Марина Ракитина